Едва я занял своё место в левом ряду и стал вместе со всеми медленно подъезжать к перекрёстку, как с прямого направления нарисовался огромный оранжевый Краз с полуприцепом. В кабине был виден водитель, который безвольной куклой просто лежал на руле машины. Было ясно, что не смотря на то, что он без сознания, его правая нога по-прежнему давит на педаль газа. Огромным носорогом Краз стремительно расталкивал легковую мелочь по сторонам, потихоньку смещаясь к середине дороги. Путь его теперь лежал уже на наш ряд. Япона мать, передний Ниссан вдруг с силой метнулся назад, смял в гармошку морду моей Калины и выдавив с пути машину соседа ушёл вправо. Моя же ласточка заглохла, и на все мои потуги завестись, движок никак не реагировал. Когда я поднял глаза, то увидел, как передняя часть Краза оторвавшись от асфальта на какое-то мгновение, тёмной глыбой нависла над моей кабиной и вдруг стала стремительно опускаться вниз. Понимая, что не успеваю, я быстрее желая выскочить из кабины, стал судорожно дёргать и отстёгивать ремень безопасности, но не успел. Заскрипела сминаемая кучей грубого железа крыша моей ласточки ... и на меня опустилась темнота.
Глава 2.
Первое что я услышал, очнувшись в темноте, это был плач женщины. Плач этот был особый, так плачут не с обиды или после ссоры. Он был горький. По ком это она так надрывается, подумал я. Умер кто? И главное, где я? Темнота была уж не совсем, была чтобы полная, часть её была серой. Наверно это был свет луны падающий в окно. Я попробовал повернуться, но у меня толком ничего не вышло. Если до пояса тело и руки слабо и двигались, то ниже я практически себя не чувствовал, или почти не чувствовал. Хотя ... какое-то легкое жжение или боль в пальцах ног явно проявлялись. Чёрт, я что ещё и парализован? Хреново. Денег нет, машину менты, если давно лежу, похоже уже в сдали металлолом, а более и продать нечего. Остаётся занять денег, купить подержанную инвалидную коляску и просить милостыню на перекрёстках. Да лучше бы меня сразу насмерть пришибло. И нафига мне такая жизнь?
Автоматически я провёл по себе руками и вдруг понял, что во мне появились, я бы сказал чудные изменения, причем кардинальные. У меня появились две молочные, явно женские железы чуть ли не третьего размера. Мама моя, да что это со мной?
Похоже, что эти слова я сказал вслух, потому как плач сразу прекратился, кто-то зачиркал кресалом, и на тумбочке стоящей рядом с моей кроватью вскоре зажёгся огонёк свечи.
