Когда со свистом небо разрезали первые ракеты фейерверка, Феликс Николаевич с наслаждением смотрел на Ромку. Забыв обо всём на свете, мальчишка упивался невиданным представлением. Простецкое развлечение прошлого века ныне было под суровым запретом. И Феликсу Николаевичу стоило огромных усилий упросить Цапина организовать сполохи в предновогоднем небе. Но более всего поразил старого учёного непонятный эпизод, когда Олег наклонился к Ромке и произнёс несколько слов. После чего, мальчишка смотрел на него с таким восхищением, что в душу Феликса Николаевича вместе с удивлением начала вползать зависть. Улучшив момент, Феликс Николаевич поинтересовался у Олега о сказанном Ромке. На что получил короткий ответ: “Поговорим, когда Ромка уснёт”.
Спустя три часа Олег и Леонид сидели в кабинете старика и в очередной раз пересказывали Зарубскому свои беседы с роботами. Феликс Николаевич, желая составить полную картину общения, вытребовал максимально полного изложения всех подробностей. Когда же Олег упомянул странную фразу Джо, старик впал в прострацию. Ребята пытались обсудить с учёным значение сказанного, но Зарубский молчал. Он столь глубоко ушёл в себя, что перестал реагировать на вопросы. Встревожившись, Леонид потряс старика за плечо. Это возымело действие. Феликс Николаевич повернул к ребятам осунувшееся лицо. Под глазами залегли невесть откуда появившиеся серо-землистые тени. Старик приоткрыл рот, губы задвигались, но голоса не было. Олег по привычке прошлой жизни решил было кинуться за лекарствами, но Зарубский его остановил. Старик поднял руку и указал на кресло. Он несколько раз глубоко вздохнул и произнёс:
- А вы знаете на чём держалась наша цивилизация? На сопричастности. Это великая вещь! Не делайте круглые глаза. А теперь мы живем в мире псевдосопричастности и псевдоуверенности. Вот смотрите, человек живет, ходит на работу, растит детей. Он думает, что уверен в завтрашнем дне. Он полагается на юридические акты, на заработанные деньги, на знакомства, на свой жизненный опыт... Но в реальности он совершенно не защищен. По сути, любая малость может изменить его жизнь в корне! Да, да! Среднестатистический человек ломается легче сухого тростника. Раз! И всё. Человека нет. Не важно даже сохранил он жизнь или нет. Он уже морально сломлен, и в таком виде уже не может быть нормальным членом общества. Эта глобальная проблема никем не решается. Она фатальна для всех, у кого нет прочного стержня воли и чести. Но с врожденной честью и волей на этом свете появляется слишком мало людей. А воспитывать их не умеют. Более того - всячески тормозят этот процесс.
- Почему? - буркнул Олег.
- Почему тормозят? А кто из волков хочет, чтобы овцы вдруг обрели честь и волю? Они ж тогда порвут волков к чертовой матери! И именно на пестовании овечьей покорности, как оплота власти, всегда зижделась наша цивилизация. И все было нормально. До этого времени... - и Зарубский замолк.
- Ну, а теперь? - осторожно проронил Леонид.
- А теперь мы имеем такое огромное количество овец, что волки уже потеряли возможность влиять на очень многие процессы, текущие в овечьем обществе. Как говорят философы - количество перешло в качество. Многие овцы возомнили себя волками. Это имеет отношение ко всем сферам жизни. Абсолютно ко всем! Человек с ничтожной волей и убогими целями, преисполнившись наглости, становится апологетом новых тенденций. Что и наблюдаем и в культуре, и в науке. Везде! Везде моральное разложение общества.
- Это началось не сейчас, - Олег невесело вздохнул, - Этому процессу уже много десятилетий.
Старик мелко закивал.
- Да, всё так... А потому человечество нужно спасать. И как можно скорее! Цивилизация овец существовать не может.
- И что вы предлагаете?
- Путь я вижу один - взращивать волков, урезать овец, - сказано это было столь резко, что молодёжь посмотрела на старца с удивлением.
- Вы предлагаете войну? - Леонид сам удивился обыденности собственного тона.
- Да, ты прав. Это кровь, это война, это бойня. Но она не бессмысленна! Помните небось, как раньше часто твердили о том, как бы мы хорошо жили если б не было второй мировой? Хренушки вам! Скорее всего бы мы и не жили бы вовсе.
- Погодите-ка! - запротестовал Олег, - А причем тут сопричастность?
- А притом, что все мы частички общества. И только понимание сопричастности делает нас теми, кто не сбрасывает со своих плеч ответственность за будущее. Будущее общества, народа, цивилизации.
Старик хлопнул ладонью по столешнице и поднялся, выпроваживая ребят. Но в дверях он остановился и уже совершенно иным голосом произнёс:
- Запомните это... Пожалуйста...
30 декабря 2068
