И вот Леонида встречают уже не как новичка. Его хлопают по спине, просят одолжить пятихатку до завтра, хорошо, хоть не говорят при этом “как всегда” или “я ж тебя всегда выручаю”, спрашивают про выходные... И всё выходило как-то гладко, что даже такой, неискушённый в розыгрышах, человек как Леонид подумал, что родственник точно что-то затеял. Но зачем? Ответ не находился. Вариант с альтруистичным порывом поддержать далёкую родню отпадал сразу. Тёткин деверь был человек сугубо практичный и очень прижимистый. И на работу брал только тех, от кого ожидал действительно ощутимой отдачи. Но через несколько минут все эти мысли вылетели у Леонида из головы. Началась работа в авральном режиме. Клиенты повалили толпами.
В родном селе, еще будучи сопливым мальчишкой, Леонид считался классным механиком. И это было нормально. Чтобы разбираться с техникой прошлого века достаточно было минимальных знаний и зачатков технического склада ума, плюс любознательность и трудолюбие. Опыт же накапливался самостоятельно. Придя первый раз в столичную мастерскую, Леонид оробел, ибо работать пришлось с совершенно неизвестной техникой. И пришлось учиться. Учиться прямо по ходу работы. Леонид никогда дураком себя не считал, потому сразу понял, что вряд ли потянет. Но странная уверенность начальника плюс внезапно проявившаяся крестьянская упрямость сотворили невиданное. Леонид схватывал не просто на лету, а можно сказать, что схватывал и то, что еще не было брошено. Двигатели, коробки передач, ходовые части и электрооборудование - всё словно само тянулось к нему. Дошло до того, что перед выходными он, не думая, отрегулировал, казалось бы, исправный кондиционер.
К вечеру поток клиентов начал иссякать. Механики тоже сбавили темп. Чаще и продолжительнее стали перекуры. Кое-кто даже осмелился отпроситься домой пораньше. И когда до заступления вечерней смены оставалось меньше часа, у Лёниного напарника зазвонил телефон и обрушил радостную весть - жена родила двойню. О продолжении работы не могло быть и речи. Переполненный счастьем новоиспеченный папаша кинулся в роддом. И тут же хозяину позвонил какой-то важный знакомец и срочно потребовал к себе мастера. И оказалось, что до прихода вечерней смены Леонид остался один. Наступление сумерек он встретил у стенда регулировки развал-схождения.
И тут в мастерскую зарулил огромный внедорожник. Он сверкал черным лаком и хромированным обвесом, всем видом требуя к себе особого отношения. Леонид вытер руки, и подошел к потенциально платёжеспособному клиенту. А тот не спешил выбираться из салона. Из приоткрывшейся дверцы было отчетливо слышны полные недовольства фразы, бросаемые в мобильник. Наконец, клиент окончил разговор и выбрался из своего передвижного демонстратора роскоши. Просторная куртка дорогой кожи и явно брэндовой выделки не только показывала достаток хозяина, но и выгодно подчёркивала литую мускулатуру. Молодой холёный крепыш не стал утруждать себя формально вежливым приветствием.
- Так, короче, мне вот чё нужно, - и тут самоуверенный клиент расплылся в счастливой улыбке, - Ба! Лёнька! Вот так встреча! Здорова, дружбан!
- Колька? Это ты что ли? - глаза Леонида округлились от удивления, - Ну ты даёшь! Ничего себе, как ты крут!
- А то! - Николая аж распирало то гордости, - Вот, гляди, как мы нонче!
Леонид скорчил одобрительную гримасу. Они ударили по руками и по старой солдатской привычке обнялись чуть ли не до хруста костей.
- А я тебя часто вспоминаю, - с Николая моментально слетел напускной понт и оскал хозяина жизни. Воспоминания армейских передряг проявили на лице обычные человеческие черты, - Лёнька, чертяка ты этакий! Я ж ещё после госпиталя хотел тебя найти. И тут вот здрасьте-пожалуйста! Блин, да что я говорю! Я ж отблагодарить тебя хотел. Ты ж нас тогда всех спас. Реально спас!
И Николай еще сильнее стиснул армейского друга в объятиях. От переполнявших чувств выступили слёзы, на что он и внимания не обратил.
- Вот уж не думал тебя тут встретить. Я ж намеревался собрать ребят и двинуть к тебе в деревню. А ты в Москве, оказывается!
- Да, вот... Решил уехать, - Леонид замялся, не желая развивать тему причин уезда с родины.
- Ну и правильно! - радостный тон вновь наполнил уверенностью голос Николая, - Тут в столице самая жизнь и есть! И кому, как не тебе, тут жить? Тут, братишка, все возможности, все пути! О, слушай, а ты чего тут делаешь-то?
- Как чего? Работаю.
- Ты? Ты тут работаешь? - непонимание пополам с удивлением прямо-таки чугунными буквами проступили на лице Николая, - Да ты что? С твоим чутьём и ты гайки в грязи крутишь? - последние слова были произнесены практически шёпотом, будто Николай боялся опозорить старого друга.
- Тут нормально, заработок приличный, ребята хорошие.
- Что?! - Николай мигом разозлился и перевел тон разговора в рык, - Нормально? Заработок? Ты издеваешься?! Оглянись! Ты в нищете!
- Сбавь обороты, - голос Леонида был негромок и спокоен, но Николай на собственной шкуре не раз убеждался, что друга лучше послушаться.
