На краю мира, где правят Драконы, Нита спасла незнакомца. Мужчину, подарившего поцелуй и разбившего сердце. Она думала, объятия другого излечат, но была заклеймена. Лишь одно существо могло оставить такую метку. Только какое дело Правящему Дракону до трактирщицы? Другая история по миру
Солнце медленно катилось по небу, стремясь к горизонту. Ярко-оранжевые лучи сплетались с кронами деревьев, отчего складывалось впечатление, будто над лесом раскинулась огненная сеть.
Спустя полгода изгнания я возвращался домой. В столицу, где меня ждала нелюбимая невеста и корона Правителя.
- Мне кажется, вон та поляна вполне подойдёт, – машинально потрепав ездового дракона по рогатой макушке, указал ехавшему рядом телохранителю на зелёный островок впереди. – Придётся сделать ещё одну остановку.
- На кой мы вообще взяли этих зверюг? – недовольно пробурчал Илиор. – Надо было послушать меня и воспользоваться флайером. Сейчас уже подлетали бы к столице.
- Ага, или валялись бы в овраге без флайера, без денег и без одежды, – от кого-то иного я не потерпел бы упрёков. На Илиора же, с которым вырос, и чьей матерью был выкормлен, у меня никогда не получалось обижаться. Вот и сейчас лишь усмехнулся на его ворчание. – Знаешь ведь лучше меня, лететь на флайере – всё равно, что написать своё имя на лбу золотыми буквами.
- Да, но флайеру по крайней мере не нужно было бы останавливаться каждые полтора часа, чтобы пожрать и посра…
- Илиор эр Линар, просто заткнись и езжай за мной!
Вдогонку мне полетел вздох Илиора и его любимое ругательство:
- Чешуя тебе в глаз, драконий ты сын!
Усмехнулся. Пусть себе бурчит, сколько угодно. За преданность, сомневаться в которой не приходилось, я закрывал глаза и на менее лестные высказывания телохранителя в мой адрес. Пожалуй, я даже считал Илиора больше чем телохранителем. Он был для меня братом.
Натянув поводья, дал своему ездовому дракону безмолвный приказ ускориться и следовать строго по тропинке, ведущей к поляне.
Островок сочной зелени, окружённый деревьями, оказался не очень большим, но вполне достаточным для привала.
Спрыгнув на землю, передал поводья телохранителю.
- Позаботься о драконах, а после перекусим и сами. Что там у нас ещё осталось?
Последовав моему примеру, Илиор ловко соскользнул по драконьему крылу в траву.
- На самом деле, не так много, – тотчас отрапортовал телохранитель. – Несколько ломтиков вяленого мяса, кусок сыр и одна лепёшка. Почти чёрствая.
- А вино? – если не ошибаюсь, в кувшине должно было немного остаться.
- По пару капель на каждого, – подтвердил Илиор.
- Отлично, этого как раз хватит, – поднял голову и взглянул на ярко-синий купол неба над нами. – Думаю, домой попадём ещё до наступления ночи. Так что наш с тобой ужин будет куда сытнее.
Во всяком случае, я искренне на это рассчитывал.
Хотелось как следует вымыться и выспаться в собственной спальне. В мягкой, пахнущей свежестью постели. Если уложимся с перекусом в полчаса, не станем больше останавливаться и немного ускоримся, мои мечты воплотятся в реальность.
Только вот какое-то внутреннее чутьё подсказывало, что всё пойдёт не по плану.
Отмахнулся от назойливой мысли.
Илиор отошёл к краю поляны и закреплял поводья таким образом, чтобы драконы находились на виду и могли вместе с тем дотянуться до травы. Глядя на то, как ловко он вязал замысловатые узлы и затягивал петли, напомнил ему:
- Захвати еду.
- Ты мог бы и не говорить, – с упрёком покосился на меня телохранитель, открепляя от седла сумку со съестными припасами.
Мы расположились на краю поляны, усевшись прямо на землю.
Достав лепёшку, я разломил её на две, идеально равные части.
Илиор тем временем вытащил из отворота сапога тонкий охотничий нож и начал старательно нарезать мясо на полупрозрачные пластины, укладывая на половинки лепёшек. Таким же образом он разделил на двоих и оставшийся кусочек сыра.
Отдав часть обеда, причитающуюся телохранителю, откупорил вино и сделал два, небольших глотка. Вгрызся зубами в лепёшку с мясом и сыром и протянул кувшин Илиору.
- Держи, кажется, на дне ещё что-то осталось.
Телохранитель принял вино из моих рук, поднёс к губам и замер.
- Скажи, Лоэтар, ты хоть немного сожалеешь, что не успел проститься с отцом? – спросил он впервые за три дня нашего пути. За три дня, прошедшие с момента, когда я узнал о смерти отца.
- Я простился, – ответил тихо, чувствуя, как предательски запершило в горле. – Не так как следовало, но простился.
Кусок засохшей лепёшки с трудом удалось пропихнуть, не закашлявшись.
Меня не было дома чуть больше шести месяцев. Отправленный в дальние районы инспектировать торговцев, я был безмерно зол. Считал предстоящую поездку ссылкой. Противился принятому отцом решению, как мог, изо всех сил. Считал, что надоел ему, и он попросту изгоняет меня. Из дома. И из своей жизни.
Да, я был глуп!
Во время нашей последней беседы наговорил много обидных слов. Лишних слов, о которых после пожалел множество раз. И прежде чем в гневе покинуть покои отца, в сердцах выкрикнул, что, если не нужен ему, то отныне у меня больше нет отца.
Если бы я мог знать тогда, что вижу его в последний раз…
Я хотел бы повернуть время вспять, всё изменить и прожить тот день заново. В моей власти теперь было многое. Но, увы, не это.
И лишь когда гонец доставил горестное известие, я понял, как сильно ошибался.
