— Бедняжка Мико, — Кайро прослезилась, глядя на по-детски красивое лицо Линс, — какой ужас ей пришлось пережить! — потом Кайро взглянула на меня решительно, изменившись в лице. — Нельзя так все оставлять! Эти, тьма её, гады, должны получить сполна!!!
— И получат, — спокойно выдавил я, приводя себя в норму, — но пока мы должны развивать свои способности. Бороться с советом сейчас — самоубийство.
Я приложил ладонь ко лбу Мико, ставя в её памяти новые блоки. Не дело девчонке убиваться горем, пусть учится справляться с даром, а не вспоминает об ужасах из прошлого. Эльфячьи ушки я спрятал, наведя иллюзию. Поделился силой, с удовлетворением наблюдая, как порозовели щеки Линс.
— Она обо всем забудет? — поинтересовалась Кайро, проследив за моими манипуляциями.
— Только о том, что предпочла забыть сама, — отозвался я, — разумеется, память о сегодняшнем дне я оставлю. Нужно научить её владеть своими способностями. Если она и дальше продолжит бороться со своим внутренним чудовищем, то она лишь увеличит шансы потерять самообладание. Ей стоит договориться со второй ипостасью. А именно с личем. Тогда Линс станет толковым некромантом и первым эльфом, который обрел темный дар и подконтрольную нежить в своем же лице.
— И ты знаешь, как это сделать? — Брови Кайро удивленно вздернулись.
— Догадываюсь, — улыбнулся я, — кроме того, у нас есть возможность почерпнуть знания из Нижнего мира, — я кивнул в сторону окаменевшего Василиска.
— Он в стадии стагнации, — прошептала обескуражено Кайро, — как тот змее-дракон…Вольга де Роса, ты просто невероятна!
Всё верно, кристаллизация умертвия удалась. Я превратил Василиска в камень благодаря тому, что видел на стенах Нижнего мира.
Схемы, удерживающие змее-дракона, а точнее драконолича, всюду подкреплялись рунами, способствующими преобразованию материи в твердое вещество.
На практике выяснилось — даже на имперской нежити, защищенной артефактами, такое колдовство действует. Оставалось сделать лишь малость.
Я передал пока еще бессознательную Мико Кайро.
Дочь Хитори присела на траву, положив голову эльфийки на свои колени.
Кайро несомненно имеет будущее политика, а значит, она должна была понимать, что когда-то ей придется бороться с эльфами. Но девочка, даже после увиденного, осталась добра к Мико. Более того, Кайро искренне за неё переживала.
Подойдя ближе к василиску, я активизировал еще одно заклинание, которое заранее начертил внутри ловушки.
Заклинание отозвалось тут же, нарисовавшись золотистыми линиями на теле имперского умертвия. Это было похоже на силу света, которая пыталась прорваться наружу, покрывая камень мелкими трещинами. Однако, колдовство имело несколько иное назначение.
Василиск уменьшился многократно, став размером с женскую ладонь, а затем золотистое свечение погасло.
Я подобрал фигурку, положив её в карман куртки. Улыбнулся, понимая, что заполучил идеальное умертвие для экспериментов, связанных с пока еще неизвестными мне древними заклинаниями.
— Жуй, — гневно сверкнула глазами Кайро, пичкая Мико свежеиспеченными пирожками из столовой, — а то вечно, как малахольная, сознание теряешь!
Мико обреченно выдохнула и посмотрела на кусок недоеденной сдобы. Это уже был третий пирожок. Линс, определенно, еле справлялась с едой. Хотя и подкрепиться, как следует, ей необходимо было. Особенно если учесть, что поспать нам троим так и не удалось.
Пока мы приводили Мико в чувства, пока проводили Косточку в Нижний мир, потом добрались до комнаты. И тут оказалось, что до начала занятий остался всего-то час. Тут и не поспать нормально, ни подкрепиться как следует. Ведь на завтрак мы тоже опоздали. Благодаря запасливости Кайро нам все-таки удалось немного подкрепиться.
— Вы ведь всё видели, — растеряно пробормотала Мико, снова напоминая о своей двуличности, — и как же теперь вы будете жить рядом со мной? Я угроза, не смогла сдержаться.
Глаза Линс наполнились слезами, а губы задрожали.
— Прекрати реветь! — Кайро передала платок Мико с вышивкой семейного герба Хитори. — И чего нам тебя бояться? Только не такую плаксу, скоро всю кровать слезами зальешь!
Мне дико не хотелось идти не лекции. Никакой новой информации я там точно не узнаю, а вот шансы случайно заснуть были высоко вероятны.
Слезы Мико я уже воспринимал спокойно. Хотя душу они волновали, не скрою. Однако, давать повод распускать нюни я не собирался. Иначе девочка просто впадет в депрессию, а это плохой способ договариваться с внутренней сутью.
— Вот скажи мне, Мико, — спокойно проговорил я, добавив в голос строгости, — кто ты?
Линс растерялась, а затем сделала предположение:
— Чудовище?
— Хуже, — проследив за реакцией девочек, я довольно улыбнулся, — ты — некромант! Покоритель нежити, темный колдун, расчетливый, сильный, беспринципный. Ты не имеешь право называть себя чудовищем, ведь чудовище — это твоя добыча. Прекратить реветь! Скоро лекция. Лучше учись, чтобы стать тем, кем должна!
Девочки потеряли дар речи. Кажется, я перегнул палку. Все верно, некогда я командовал советом и армией, девочки — совершенно другое дело.
