— Могу. Я тренировалась в этом усердно. Говорю же, не переживай! — плохо ты меня знаешь, Идли.
— Горюшко ты мое, — слезы так и текли из глаз бабули, — я же тебя вдоль и поперек знаю! У тебя характер сложный. В детстве вон только с мальчишками и играла в войнушку. Так они после таких игр с синяками и ссадинами уходили. А на тебе ни царапинки. Будь кроткой! Иначе проблем не оберешься!
Хоть я и славился раньше способностями некроманта, но в рукопашном бою тоже был неплох. Дело такое, если не тренироваться постоянно, то можно легко сноровку растерять. Вот я и «играл» в войну с мальчишками-одногодками. Самым задиристым попадало больше всего. Но дело не в этом. Зря Идли советует быть кроткой. Не знает она контингент Академии Темных сил. Учатся там лишь сынки аристократов, магов с высшими имперскими чинами. В общем, студенты там непростые, и сюсюкаться с ними нельзя. Уж тем более показывать свою слабость.
— Перестать переживать, я уже взрослая, — напомнил я, — я со всем справлюсь, обещаю.
Идли вытерла слезы платком и посмотрела на меня. Видела бабуля плохо, поэтому чтобы рассмотреть мое лицо, Идли приблизилась, погладив мое лицо шершавой рукой.
— Да какая же ты взрослая, всего-то семнадцатый год наступил. Есть хоть в академии мужчины приличные?
Снова взялась за свое. Я поморщился, вспоминая:
— В академии Темных сил одни парни. Девочки-большая редкость. И все потому, что учреждение обучает именно некромантов.
— Ну тогда, — Идли облегченно вздохнула, — ты обязательно там себе мужа найдешь. Такую умницу и красавицу любой с руками оторвет. Мне тут бабки по секрету сказали, что оказывается, красоту ты свою скрывала…Правда, другие уверяли, что ты ведьма, и наоборот…
— Я слышала, — остановил речь бабули, — не верь россказням разным. Слушай старосту, он все знает. Со скорняжной обещал помочь. Только ты это…если он какие бумаги будет тебе подсовывать, не подписывай. Я как вернусь на каникулы сама во всем разберусь. Хорошо?
— Конечно, — деловито кивнула Идли, — я ж слепая и руки трясутся, какая мне подпись? — бабуля хитро подмигнула.
Теперь уже и я успокоился. Идли сама все понимала. Хоть староста и обещал помочь, но нужно быть на чеку. Как академию завершу — сделаю так, чтобы бабуля вообще нужды не знала. В Росе появится скорняжная столичного уровня.
Прощались с Идли мы долго. Староста даже успел приуныть. Особенно от той поклажи, которую моя милая бабуля приготовила в дорогу. Естественно ответственность за ношение тяжестей легла на плечи старика. Идли не поскупилась на различные банки с солениями и варениями, мешочки с травами для чая, теплые вещи, запасное одеяло с подушкой, обуви на три сезона, угощения в дорогу. Как результат старосте пришлось запрягать кобылу с телегой.
Телега колесила по пыльной дороге, кряхтя и треща. Нам пришлось идти пешком. Староста вел гнедую кобылу за повод. Я радовался утреннему солнышку, насвистывая веселый мотив. Я снова предвкушал новую жизнь. Точнее старую и уже позабытую. Удручало только, что снова придется бороться за положение в обществе, начиная с академии. Но я — некромант годами тренированный, добившийся высшего чина при императорском дворце. Так что — держитесь студенты — одногруппники, к вам идет повелитель мира мертвых. Точнее повелительница.
Путь предстоял долгий, не менее трех недель пешего хода. По ночам мы разводили костры в лесах, вкушали бабулины припасы, жарили рыбку, если удавалось найти подходящее озерцо или речушку. Днем мы старались пройти как можно больше, сократив расстояние до столицы. Все было тихо и мирно. Пока в один прекрасный вечер я не почувствовал нежить.
Староста храпел на всю округу, отпугивая местную живность. Вечер медленно, но верно превращался в ночь. Место, которые мы выбрали для ночлега, казалось идеальным. Красивое широкое озерцо перед глазами, светлый песочек вокруг него. Молодой березовый лес, обрамляющий все это великолепие. Мне даже спать расхотелось. Я уселся на берегу у догорающего костра, обдумывая перспективы. Какого будет учиться девушке в академии Темных сил, даже страшно было вообразить. Знал я тамошнюю иерархию. Некогда в академии существовал совет крутых парней. В нем состояли исключительно самые сильные некроманты, а другие обязаны были подчиняться. В годы, когда я еще был студентом, клуб возглавлял я, а моей правой рукой являлся Коринс. Лучший друг и задира. Хулиган, от которого вся академия «вешалась», включая преподавательский состав. Эх! Веселые деньки были! Вспоминал я их всегда с особой ностальгией. Однако, если и сейчас существует подобный клуб, мне как некроманту несдобровать! Ведь женщины всегда считались слабо одаренными.
— Шурх! Шурх! — мои размышления прервали странные звуки.
Убедившись, что староста спит, я тут же нарисовал пентаграмму на песке, проговорив заклинание. Пентаграмма засияла красными огоньками. Нежить!
Слабенькая, но нервы помотать может. Если бы к нам приближался обыкновенный зверь, то пентаграмма оставалась бы прежней. Интересно, кто в глухой деревне поднял мертвяка?
