Вторичка полностью

Ян опустился на колено и подставил свое лицо к моему. Кем он был? Из какой вторички вышел сам? Я не знала, что к нему чувствовать: на врага не тянул, на друга – и подавно. Мне стало не по себе от его гипнотического взгляда, и я подняла еще один вопрос:

– При первой встрече ты назвал меня макетом.

– Каюсь, несостыковочка, – протянул Ян. – Чтобы лучше понять себя, узнай меня. Вот я – сотрудник Агентства Иномирной Недвижимости, мастер арочных переходов, божественный ликвидатор-чистильщик Ян.

– Звучит тупо. – Я округлила глаза. – Ты ликвидатор богов или бог и ликвидатор?

– Простите великодушно, госпожа Иголочка, что не посоветовался с вами при выборе профессии, ведь ваше мнение – столп вселенской эволюции, – саркастически посмеялся Ян.

– Ты не ответил.

Мой новый знакомый улыбнулся так, что у меня отпало желание расспрашивать. Наверняка был чужим среди своих, раз отправили заниматься чем-то вроде уборки перед заездом состоятельных клиентов. Чистильщик. Падальщик. Как ни крути, отброс. Свой своего везде узнает, даже если расстояние между нами измерялось световыми годами.

«Так просто своих тайн не выдашь, пусть и строишь из себя господина Откровенность. Ничего, еще не вечер. Найду способ».

– Мастерство арочных переходов – это твои фокусы с телепортацией в туалеты?

– Это надпись в дипломе. А по специальности я простой чистильщик. – Ян отстранился, присев на краю стола. Да, не очень-то он торопился распространяться о своей жизни до работы на Земле. В ресторане скакнуло напряжение, и я целую секунду видела его мрачный силуэт в подтверждение своей догадки. Он сложил ладони лодочкой и мило улыбнулся. – Но и тебе, Иголочка, отведена роль в величайшей сделке.

Он протянул мне руку, то ли приглашая, то ли предлагая заключить пари:

– Ты – последний выживший человек. У тебя есть мечта – я прочитал ее в твоих глазах там, на заброшенной фабрике. Твоя задача – оказывать содействие в ликвидации последствий апокалипсиса. В компетенции представителя человеческого рода входит: консультировать красавчика-ликвидатора по аномалиям, следить за исполнением нашим подрядчиком – в моем по-прежнему красивом лице – юридических норм и свидетельствовать отключение семи систем энергетического снабжения реальностей. Непыльная работенка, Иголочка!

– Боже правый, что еще за системы этажей? – спросила я, изрядно утомившись, как в школе на уроке физики.

– Полюбуйтесь: одна из шести с половиной миллиардов выживших, а она глазки закатывает, – в шутку пожурил Ян. – Ну, инструктаж проведу по пути. Смеркается. – Он выглянул в панорамное окно, за которым серело шоссе, ведущее обратно в столицу. – Не переживай, я не попутчик, а мечта. Мало того, что умный и привлекательный, так еще и знаю толк в развлечениях! Чур я организовываю корпоративные выходные.

Я дождалась, пока Ян слезет со стола и не спеша пойдет на выход под аккомпанемент бесконечной трескотни о собственном величии. Поводила ладонью перед пустой физиономией Ильи и отправилась следом за ликвидатором. Я не бросалась очертя голову следовать философии так называемого Агентства Иномирной Недвижимости. Правила рынка издревле одни: простофиля – не мамонт, не вымрет. Ян спас меня от смерти, но я не торопилась вступать в ряды космических риэлторов. Если и придется продать родной мир, то подороже.

«Боже, о чем я думаю? – одернула я себя. – Ян – сектант со способностями к гипнозу, но… По неведомой причине я предпочитаю его сомнительную религию маминому обществу».

К тому же консультация павлина с планеты Нибиру – это новая ступень моего карьерного роста. Предыдущий начальник попытался меня убить, что я могла расценивать как увольнение, так что я была рада любой халтурке.

– Эй, – позвала я, и спутник повернулся. – Прикид ты подобрал не для русской зимы.

Ян улыбнулся в свойственной ему лисьей манере и широко развел руками:

– Зачем одеваться тепло, если завтра будет лето?

Глава II. Седьмой этаж

Мутная вода с остатками пены стекала в слив душевой кабины. Я подставила лицо под струйки, растворяясь в блаженном тепле. Смыла персиковым шампунем «иголки дикобраза» и помассировала голову. Переместив ладонь на шею, засмотрелась на вышивку полотенца, перекинутого через металлический поручень. Ночь в стандартном номере гостиницы, в которой мы остановились с новоиспеченным коллегой, стоила мне трех месяцев работы в подземке.

В голове не укладывалось, что я проспала армагеддон и беззаботно жила среди макетов. Например, горничная, поменявшая постельное белье в моем номере, или администратор службы размещения – бомбы замедленного действия, безликие марионетки, маскирующиеся под людей. Все, кто хоть однажды был в моем переходе, выступал по телевизору, играл в кино и вещал по радиоэфиру; работники атомных электростанций, пилоты самолетов, нейрохирурги, политики – они даже не догадывались, что помогали Вере Беляевой сводить концы с концами.

В задумчивости я накинула махровый халат и вернулась в комнату.