Оставшееся время мы провели, играя на автоматах, которые были расположены около дальней стенки в кафе. Напряжение спало с нас также быстро, как и появилось. Мне давно не было так весело. Егор всецело отдавал себя Вере, которая была в полном восторге от него. Её глаза светились таким прекрасным и счастливым огоньком, что я не могла устоять. Когда мы уже собирались домой, я подошла к Егору.
- Спасибо тебе, что осчастливил Веру своим присутствием в её жизни. – я легонько коснулась губами его гладкой щеки. С уверенностью могу сказать, что он брился за пятнадцать минут до выхода. Егор был удивлен, поэтому не сделал даже никакого жеста, чтобы остановить меня.
- Я рад, что могу быть в её жизни. – я кивнула и отправилась к своей машине, давая им возможность попрощаться.
Глава 17.
Егор.
Следующим утром я поднялся с постели, предвкушая наш поход в зоопарк. Я был последний раз там со Златой и это были наши счастливые дни. Только сейчас я осознаю, что не ценил, когда она была рядом. Я воспринимал её отношение ко мне, как должное. Но я слишком обжёгся.
Я зашел в ванную, попутно скидывая с себя пижамные штаны. Я не отрицал того, что всё ещё был зол из-за поступка Златы, но моё желание обладать женщиной, которую я люблю, брало верх. Вода лилась мне на лицо, спускаясь ниже по торсу и ногам. Мои мышцы были слишком расслаблены из-за отсутствия нагрузки уже столько времени. Когда я вернулся в Питер, моя жизнь стала насыщена такими переживаниями и заботами, что у меня не хватает 24 часов в сутки, чтобы заниматься спортом.
Обернув полотенце вокруг бедер, я взглянул на себя в зеркало. Легкая однодневная щетина покрывала мои щеки и подбородок. Мне не хотелось сегодня тратить время на то, чтобы побриться, поэтому отложив станок, я направился в спальню. На телефон пришло новое сообщение.
Золотце: Егор, привет. У меня сломалась машина. Наверное, зоопарк отменяется.
Я: Я смогу забрать вас.
Золотце: Мне так неудобно тебя напрягать, просто Вера не переносит такси.
Я: Я всё понимаю.
Никто не знает, как я хотел оставить этот формальный тон и просто позвонить и услышать её медовый голос. Я до сих пор пытался понять себя, почему я не могу прямо сейчас поехать к ней и заставить её навсегда стать моей. Наверное, где-то в глубине души, я до сих пор обижен.
Золотце: Тогда, во сколько нам быть готовыми?
Я: В 11:00 я буду у вас.
Я посмотрел на часы, которые показывали 8:54. У меня было ещё два часа для расслабляющего кофе и громкой музыки из динамиков моего стерео.
Злата.
- Мама, я хочу, чтобы мы кормили зверюшек. – я стояла у большого зеркала в нижнем белье и с плойкой в волосах, заплетая косы Вере.
- Верунь, их нельзя кормить.
- Мам, ну мне же можно. Я ведь принцесса. Папа сказал, что я принцесса особой степени, поэтому мне можно всё. – она стрельнула на меня своими глазками и выбила тем самым косу из моих пальцем, которая сразу же расплелась. Я громко выдохнула и принялась снова заплетать её волосы.
- Ладно, мы возьмем какой-нибудь еды. – я знала, что это вызовет восторг, поэтому быстро закрепила косу резинкой до того, как услышала крик Веры, которая сорвалась с места, запрыгивая на мою кровать и начиная прыгать на ней. Я закатила глаза и принялась за плойку, которая до сих пор торчала в моих волосах.
Когда я залезла в свой шкаф, я поняла, что давно не выбиралась по магазинам. Весь гардероб был больше похож на одежду деловой женщины с вкраплениями нарядов для отдыха с дочерью. Не знаю почему, но мне хотелось до сих пор производить впечатление на Егора. Я схватила джинсы и футболку, которые уже очень давно не одевала, и пошла в ванную делать легкий макияж. Я поняла, что у Веры хорошее настроение, потому что, когда закрылась дверь в ванную, квартиру оглушила громкая музыка.
Через час мы стояли около подъезда, подставляя лицо теплым летним лучикам солнца. Вера крепко сжимала мои пальцы. Я опустила взгляд на её красивые глаза и улыбнулась.
- Мам?
- Что?
- А папа больше никуда не исчезнет? – я замерла. Воздух перестал поступать в мои легкие. Это был вопрос, который не давал мне покоя, как только я увидела его. Моё подсознание всегда пыталось найти правильное решение, что будет лучше – если он исчезнет или останется. Но после того, как мы все рассказали Вере, остался только один правильный вариант – он должен присутствовать в её жизни. Та горечь, с которой дочь произнесла эти слова, больно кольнула где-то внутри.
