Когда мы забрались в автобус, то начало уже темнеть. Вера спала на плече Егора. Эта картина была такой теплой и великолепной, что я старалась оставить образ в своей памяти. Мне хотелось выжечь его, чтобы никогда не забывать, какими счастливыми мы были тут, поэтому я фотографировала их.
Я села в кресло и посмотрела в окно. Передо мной открывался вид на горы и пальмы. Это было так далеко от нашей питерской реальности, что казалось волшебным и сказочным. Я почувствовала касание к моей руке. Егор. Он переплел наши пальцы, и я не задумываясь положила голову ему на плечо и закрыла глаза. Пусть я позволила себе слишком много, но ведь это остров принцесс и здесь можно верить в сказки.
Глава 25.
Егор.
Эта ночь была прекрасно. Я никогда не думал, что смогу назвать одну из лучших ночей в своей жизни, которая не связана с сексом.
Я проснулся, потому что мне стало холодно. Я провел весь день, касаясь и прижимаясь к Злате. Эта давало мне истинное тепло, о котором я так долго мечтал. Это не было похоже на порывы страсти в наших офисах, это было проявление чувств, в пучине которых я оказался не один. Она отвечала на мои действия с той же отчаянностью. Я видел это в её глазах. Какие она кидала взгляды на меня. Мы отчаявшиеся люди, которые получили второй шанс, чтобы всё исправить. Я уверен, что это последний шанс, поэтому я ничего не должен испортить.
Я прошелся, стараясь ничего не задевать, прямо к ним в комнату. Открыв её, я застыл. Мои девочки лежали в одной позе. Я усмехнулся словам Златы, что Вера вообще не похожа на нее. Злата лежала на боку, положив ладошку под свою щечку. Её ножки были согнуты в коленях. Это было так по-домашнему, что мне самому захотелось прилечь рядом. Вера же лежала в такой же позе, только зеркально отражающей позу мамы. Я не знаю, сколько простоял, просто наслаждаясь тем, что они в тепле, уюте и безопасности. Это стало делом моей жизни – быть их защитником. Я ощущал в груди какие-то животные инстинкты. Мне хотелось бить кулаком себе в грудь и доказывать, что я способен и достоин, быть в их жизни.
Злата.
Утро началось с великолепного завтрака. Егор заказал великолепные блинчики со взбитыми сливками, к которым я, конечно, постаралась отнестись скептически, но у меня ничего не получилось. Я сдалась и съела три штуки. Это совсем не похоже на меня, но я испытывала такое счастье внутри, что мне было все равно на лишний сантиметр в талии. Я зацмусь и озабочусь этим вопросом там, в Питере, когда буду пытаться застегнуть юбку и записываться в спортзал. Сейчас же я хочу ощутить на себе эту сказку. Я хочу быть любимой, желанной и разрешать себе то, чего бы не позволила дома.
Я надевала пляжное платье, когда дверь в нашу спальню открылась, и вошел Егор. Я быстро одернула юбку, наблюдая, как он старается оторвать свои глаза от моих бедер.
- Тебя не учили стучаться? – я прошла к креслу и взяла сумку, вешая её на плечо. Егор усмехнулся, держа руки в карманах.
- Чего я там не видел? – он вытащил руки и подошел ко мне. Я смотрела ему в глаза и ждала его действий. Он приблизил голову к моей щеке и провел губами до скулы и обратно. Я сейчас была готова согласиться на что угодно. На всё, что он готов мне предложить. Но Егор отстранился, улыбнулся и снял сумку с моего плеча. Я нахмурилась. Он развернулся и пошел в сторону двери, по пути выкрикивая что-то Вере, а я осталась стоять неудовлетворенная и обманутая.
***
Я лежала на шезлонге, когда знакомый голос вывел меня из сонного состояния.
- Лескова? Злата? – я оттянула очки на нос и посмотрела на женщину передо мной.
- Ничего себе. – я встала с шезлонга, желая обнять Арину.
- Вот так встреча.
- И не говори. – я сжала её руку.
- Ты здесь с Верой? – девушка стала искать мою дочь глазами.
- Эм…да. С Верой. И её отцом. – Арина вернула мне взгляд полный удивлением.
- Отец? – она сказала это с придыханием и шоком. – То есть…Прости. Ваня говорил мне, что Вера говорила о папе. Я думала, это Дима. – я покачала головой, стараясь избегать её взгляд.
- Нет. Это её настоящий папа. – девушка сняла свою шляпу и стала вертеть в руках.
- Я так понимаю, что с Димой у тебя всё? – она робко взглянула на меня из-под опущенных ресниц.
- Всё. А ты что имеешь на него виды? – я озорно ей подмигнула, стараясь развеять напряжение, которое скопилось вокруг нас и потрескивало, разряжая воздух.
- Ты, что? Я никогда не променяю своего Вадюшу. – я закатила глаза. Этот самый «Вадюша» сидит в законодательном собрании Санкт-Петербурга и ни о чем не переживает, как и его жена. Я ничего не могу сказать плохого о ней, но она имеет цену всему. Я очень люблю Ваньку. Он милый и чистый ребенок. Мне очень хотелось бы, чтобы он таким же и остался и не вкусил жизни родителей.
- Тогда зачем тебе?
