Мне вспомнился день, когда мы с мамой и папой слепили моего первого снеговика. Мне тогда было года три. Я была счастлива до безумия. Нам редко удавалось собраться всей семьёй. Папа целыми днями пропадал на работе, но те редкие свободные выходные он целиком и полностью посвящал семье. Весь день мы с родителями играли на улице, а вечером пили горячий шоколад… А спустя год умерла мама.
- Эй, ты чего? – на моих глазах выступили слёзы.
- Нет, нет, всё нормально. – я улыбнулась и смахнула слёзы рукой.
- Иди ко мне. – он притянул меня к себе и обнял. Наверное, мне должно было стать легче, но я только разревелась ещё больше.
- Что случилось, солнышко?
- Шестнадцать лет…
- Что?
- Моя мама… она умерла, когда мне было четыре.
- Прости… я не знал.
- Всё в порядке. – я попыталась засмеяться. - Это было давно. Можно водички? – Антон налил мне стакан воды, только осушив который, я успокоилась.
- Видишь, я же говорю что всё хорошо. И да… это я называю людей "солнышко", не смей забирать моё слово. – мы засмеялись в унисон.
- Так, кажется, всё готово отправиться в духовку
Раздался звонок в дверь.
- Ой, пришёл кто-то. – я пошла открывать. На пороге стояла Ниночка. Счастливая-я-я…
- Привет. Ты чего светишься вся?
- Я дура! – живо ответила она.
- Э… ну это тебе к Антону, это он у нас по "ку-ку".
- Да не ку-ку я, я просто опять решила свой фирменный танец сплясать. – мы прошли в гостиную.
- Антон, это точно к тебе. – обратилась я к Антону, который как раз программировал духовку.
- Ну спасибо Вер! Я к тебе за поддержкой пришла, а ты меня к психологу! Привет, кстати, Антон. – она обижено плюхнулась на диван.
- Да я же шучу. Что у тебя там случилось?
- Да говорю же, свой фирменный танец на граблях опять танцевать начинаю.
- Эм… - я отвела глаза в сторону. - Точно не хочешь к Антону?
- Верка, я тебя сейчас ударю!
- Всё, прости, Нинуль. Какой там, танец говоришь?
- Да влюбилась я опять. Ну… не то чтобы прям влюбилась, но нравится мне один человек безумно. Да… и я ему, вроде, кажется, ну… возможно тоже не безразлична.
- Подожди… в кого влюбилась? – я сразу оживилась. Интересно же, что там подруга опять учудила.
- В… - она стрельнула глазами в Антона, а потом опустила взгляд в пол.
- В Антона? – я перешла на шепот.
- Да нет! – я сидела рядом с ней, поэтому от того, как она вскрикнула, я подпрыгнула на месте. – В Данила.
Из кухни тут же показался Антон, удивлённый, кажется ещё больше моего.
- В Даньку?
- Ах ты… Подслушивать не хорошо! – я швырнула в него подушку, но он поймал её и кинул обратно на диван.
- Ну слава богу! Он уже достал мозги нам взрывать. "Нравлюсь - не нравлюсь"
Ниночка прямо-таки расцвела вся и запищала от радости, а потом стянула меня с дивана и начала кружиться вместе со мной в "танце".
- Верунь, а ты не…
- Нет. – я не дала ей договорить
- Но ты не знаешь, о чём я хотела сказать!
- Я знаю. И говори тише.
- Но ты же понимаешь, что не сможешь так всю жизнь?
- Нинка, замолчи! – засмеялась я. - Мне хватило сполна и в прошлый раз.
- Ну ладно, как знаешь. Простите, я отойду.
- Давай. – я улыбнулась ей вслед и снова присела на диван рядом с Антоном.
- Антон, будь добр, передай Данилу, что если вдруг, он обидит Нину, я искалечу его. Не физически, так морально. Ни один друг психолог не поможет. – говорила я всё это на полном серьёзе и… Антон меня, кажется, понял. Я встала и пошла на кухню.
- Кто ж тебя так обидел? – он сказал это тихо, но я всё же услышала, но внимания решила не обращать.
- Передам. – продолжил он. - О чём вы говорили? Чего ты не сможешь всю жизнь?
- Не твоего ума дело!
- Что не его ума дело? – на кухне выросла фигура Нины.
- Ещё одна. – засмеялась я.
- Вер, ты готовишь? – она опасливо и в то же время удивлённо посмотрела на духовку.
- Ну во-первых, мы с Антоном готовили, а во-вторых, хватит вспоминать тот чёртов пирог! Я нормально готовлю. Так плохо получилось только один раз. И вообще, он был вкусным!
- Что за пирог? - тут же заинтересовался наш штатный кулинар.
Мы с подругой ответили в один голос:
- Климов, вот куда ты лезешь!?
- Наша кондитерша решила пирогом нас побаловать, все кто его пробовал с больными животами слегли, а они с Ником, как почётные сладкоежки отравились больше всех и… тяжко им было … - дружный хохот на нашей кухне стоял ещё долго…
- Нин, а почему ты Нику, Верой называешь?
- Ну Вероника – Вера. Да и в себя она часто заставляет поверить.
Поужинали мы все вместе. Нина похвалила наше кулинарное "творение" и со спокойной душой и полным животом поехала домой.
- Так, телик сегодня мой, делай что хочешь!
- Ну уж нет, дорогой мой. Сегодня ЦСК с Манчестер Сити играют.
- Охринеть… -Он посмотрел на меня так, будто увидел оживший музейный экспонат.
- Что?
- Ты смотришь футбол.
- Есть такое.
- Присаживайся. Хочешь, я даже на пол сяду, что бы тебя не спугнуть.
- Чтобы меня что?..
- Не поверишь, за всю свою жизнь, я видел только две девушки, которым нравится футбол. Ты одна из них.
- А кто вторая? – как и в любой девушке во мне взыграло любопытство.
- Не важно. До матча двадцать минут осталось. Я пиво купил. Будешь?
