Второе Основание полностью

О Муле и его Империи можно сказать значительно больше, чем дано в Энциклопедии, но почти все не представляет сейчас особей важности и настолько устарело, что просто даже не интересно.

Главным образом, статья в Энциклопедии упоминает дальше об экономических условиях, которые привели к возвеличению «Первого Гражданина Объединенных Миров» — так официально титуловался Мул — и об экономических же последствиях его правления.

Если автор статьи и удивлялся той необычайной быстроте, с которой Мул за пять лет достиг такой власти, не обладая поначалу практически ничем, то этого особо не видно. Если он, далее, и удивлялся неожиданному прекращению экспансии и естественному укреплению уже завоеванных территорий в течение последующих пяти лет, то он об этом тоже ничего не пишет.

Поэтому мы оставим в стороне Энциклопедию и поведем рассказ посвоему, а основное внимание обратим на эту пятилетнюю паузу.

Объединенные Миры могли похвастаться и политической стабильностью, и экономическим процветанием. На мирах, которые пять лет назад знали Основание, может, и бывало некоторое сожаление по нему, но не более того. Лидеры Основания умерли, если были бесполезны, или были обращены, если могли приносить пользу.

Из Обращенных самым полезным был Ган Притчер, теперь уже генерал-лейтенант.

Во времена Основания Ган Притчер был капитаном и членом подпольной Демократической Оппозиции. Когда Основание без борьбы сдалось Мулу, Притчер в одиночку продолжал бороться против него. До тех пор, пока не стал Обращенным.

Обращение состояло не в том, что его просто переубедили, доказав неправильность прежних суждений. Ган Притчер достаточно хорошо это знал. Мул применил к нему свои ментальные силы, перед которыми человеческие эмоции становились податливее глины. Но Питчера это вполне устраивало. Все так и должно было быть. Естественно, такое отношение тоже было последствием Обращения, но Ган Притчер уже не задумывался над этим.

А сейчас он возвращался из своей пятой большой экспедиции, из необозримых галактических миров, не принадлежавших Союзу. Он, ветеран космоса и бывший разведчик радовался как мальчишка скорой встрече с Первым Гражданином. По его суровому, скульптурному лицу, о котором можно было подумать, что оно не способно улыбаться без того, чтобы не треснуть, ничего этого не было заметно. Но ведь внешние проявления чувств ничего не значат. Мул прекрасно видел все внутренние эмоции, до самой мельчайшей, так обычный человек видит, когда ему подмигивают.

Притчер оставил свой аэромобиль в старом ангаре наместника и вошел на территорию дворца пешком, того требовал этикет. Он прошел примерю милю по прямой, как стрела, аллее, пустой и тихой. Притчер знал, что на многих квадратных милях территории дворца не было ни одного охранника, ни одного вооруженного человека.

Мул не нуждался в охране.

Мул мог защитить себя лучше кого бы то ни было.

Шаги Притчера мягко отдавались в его ушах, а дворец перед ним сверкал, переливался ярким светом, изумлял невиданными металлическими стенами и причудливыми арками, характерными для поздней имперской архитектуры. Он господствовал надо всем городом, надо всеми землями вокруг.

Во дворце жил один человек, всего один, на чьих ментальных способностях держалась вся политическая структура Объединенных Миров.

Огромные гладкие двери ушли в стены при приближении генерала, и он вошел. Он ступил на широкую парящую лестницу, и она бесшумно и быстро понесла его вверх. Притчер остановился перед небольшой простой дверью в апартаменты Мула.

Дверь открылась…