— Знаем мы, о чем будут говорить на площади, – трактирщик посмотрел на Лилию. – Что снова война грядет, что нам опять тяжко придется. Как бы трактирчик мой дорогой в этой войне не пострадал.
Он почесал затылок.
— Пойду, предупрежу остальных постояльцев. – Он побежал к лестнице на второй этаж. Обернулся. – А вы идите на площадь. Там всем быть должно, и местным жителям, и приезжим.
— Так, а куда мы, собственно, сейчас идем? – спросил Герман, когда мы вышли на улицу и влились в плотный поток полусонных людей, движущийся к центру города.
— Подальше отсюда, – скупо отозвался я. – Продолжаем путь. Идем в Корону.
— А здесь‑то что происходит?
— Сюда, – я взял Германа за руку и повернул в переулок. Подозвал Лилию. Она, не отпуская руки Берты, последовала за нами.
— А разве мы не идем на площадь? – растерялся маг.
— Я уже знаю, о чем там будут говорить, – подтолкнул его я. – Что в город пришел я, и что нужно меня уничтожить, а для этого сначала выгонят из города жителей, а потом введут войска и начнут полномасштабные военные действия.
— Значит, – наконец сообразил он, – сначала будет эта, как ее там… эвакуация. А потом будут искать вас, магистр?
— Ну вот, догадался, – почти обрадовался я. Выглянул из переулка. – Лилия, нам сюда? К южным воротам.
— Кажется, да, – кивнула она.
Мы продолжили путь.
Эвакуация уже началась. Через широко распахнутые ворота двигалось два потока людей. Местные и приезжие, с сумками и тачками, забитыми самым дорогим, но легким имуществом выходили по правой стороне, а солдаты в тяжелых пластинчатых доспехах или в облегченных бригантинах входили по левой.
Затем всем пришлось потесниться. Через ворота двинулись конники. Грациозно, важно. Их доспехи горели красным в лучах восходящего солнца. Они были изготовлены из странного, темно–красного металла, или просто были покрашены красным цветом. Это выглядело очень эффектно.
Мы смешались с потоком людей и практически вышли за стены Берона. Солдаты подгоняли всех, включая нас, чтобы поскорее продвигались и укрылись в лагере ордена Золотого дракона. Удивительно, но для того, чтобы обезопасить жителей, они додумались и до такого.
Вся идея с эвакуацией и нападением армии была, конечно, безмерно глупа. Какой демон будет послушно ждать, когда эвакуируют жителей? Если демон слаб, то он лучше убежит, смешавшись с толпой, или просто перемахнет через городскую стену. Ну, а если силен, то не будет дожидаться окончания эвакуации и просто начнет резню. Конечно, это возможно только в том случае, если демоны существуют взаправду. Настоящие демоны, а не кто‑нибудь вроде меня. Демон–атеист – это же нонсенс.
Думаю, это была идея Эфира. Сам бы я не додумался ставить такой эксперимент. Когда мы оказались близ ворот, я попросил Германа и Лилию двигаться дальше в Корону, а сам отошел в сторону.
Выждав немного времени, я вернулся в людской поток и практически шагнул под копыта коня. Конь заржал, дернулся, а человек в седле – молодой, светловолосый рыцарь, держащий под мышкой шлем, украшенный птичьими перьями, чертыхнулся.
— Простите меня, господин рыцарь, – низко поклонился я, откинул назад капюшон плаща и показал всаднику свое лицо. – Моя семья волнуется. Что произошло? Почему мы вынуждены покидать родные места?
Рыцарь успокоил коня, вернулся в строй. Но все же повернулся ко мне. Лицо его было сердитым.
— В город проникло великое зло, – вздохнул он. – Скоро здесь начнется страшная битва. Идите в наш лагерь вместе со всеми, там вы будете в безопасности.
— Спасибо, что защищаете нас! – Я поклонился ниже. Это дало мне возможность довольно улыбнуться, но так, чтобы никто не заметил.
— Защищать мирных жителей, – гордо заметил он, – святой долг рыцаря ордена Золотого дракона. Именно поэтому мы здесь. Чтобы защитить этот город от зла!
Где‑то я уже слышал такие речи.
Задерживать движение рыцарь долго не мог и двинулся вперед, проводив меня взглядом. Ловко проскользнув между солдатами и протиснувшись через столпотворение в воротах, я прибавил шагу, чтобы поскорее нагнать спутников.
Эксперимент удался. Правда, он был довольно бессмысленным, но все же Эфира он удовлетворил. Эти святые рыцари, молящиеся каждый день и поминающие бога при каждом удобном случае, просто не могли разглядеть во мне демона даже при всем своем желании. Я мог обводить вокруг пальца целые армии, легко. Но все же оставались те, кто мог легко разглядеть меня. Встреча с ними могла закончиться для меня плохо.
— Все‑таки я не понял, – поинтересовался Герман, когда мы с ним поравнялись. – Если мы сбежим, с кем солдаты будут сражаться?
— Ни с кем. Они просто побегают немного по городу, перероют его до основания и успокоятся.
— Выходит, что мы просто сбегаем?
— Выходит, что так.
— Но, магистр, почему вы решили сбежать? Неужели вы боитесь этих рыцарей?
— Болван! – вмешалась Лилия. – Ты с какой ноги сегодня встал?
— Не помню, – задумался Герман, – кажется, с правой.
— Точно, болван, – фыркнула девушка. Берта осторожно хихикнула. – Максим не хочет сражаться с рыцарями церковных орденов. Он не желает проливать кровь. Разве это плохо?
