В следующий момент я ощутил, как медленно «отодвигаюсь» от управления телом, а моё место занимает Зверь — с большой буквы. Чудовищные мускулы толстыми канатами обвили меня и спрятали внутри. Широкая пасть, с легкостью вмещала в себя арбуз, а острые кинжалы зубов без проблем разорвут дуло танка. Пальцы на широченных руках-лопатах удлинились и заострились, превратив руки в смертоносное оружие. Черные омуты глаз разогнали сумерки леса и окрасили мир в красные тона. Лес исчез. Его место заняли потоки огня, медленно перетекающие в смутных белых силуэтах деревьев. Почва и растения окрасились в ярко рыжий, смазавшись в однородное море огня. Только враги впереди мерцали изумрудом. И это порождало в душе чувство неправильности. Это раздражало. То, что раздражает — должно быть уничтожено.
Всё закончилось за каких-то пять минут. Я вновь осознал себя человеком, стоя на лесной тропке. А вокруг дымились обугленные дыры в стволах, лежали деревья, поваленные мощными ударами какого-то мистического зверя. Картины боя смазанным видеорядом медленно таяли в рассудке, оставляя по себя шлейф запредельного всевластия. В следующую секунду в мире словно врубили обратную перемотку. Упавшие стволы деревьев поднимались, устанавливались на пеньки и срастались, возвращаясь к первозданному виду. Следом исчезли обугленные отверстия, словно их никогда и не было, а примятая и поломанная трава вновь задорно шелестела. И никаких следов. Я округлил глаза. Челюсть отпала.
Шаги сзади заставили обернуться. Все трое живых и невредимых пришельцев, вновь принявших вид людей, неспешно шли по тропке. Поравнявшись со мной, худощавый старик усмехнулся:
— Надо же как-то маскировать следы нашего присутствия. Поэтому никто из людей до сих пор не в курсе.
Я озадаченно почесал затылок. Да уж… я конечно подозревал, что пришельцы шифруются, но чтобы настолько…
— Не стой столбом, скоро электричка. Нужно убираться отсюда, — серьёзно обратилась ко мне полная женщина.
Пожав плечами, я направился за отрядом, всё ещё находясь в легком шоке. И не только от такого специфического «затирания следов». Больше удивления вызывало моё мистическое превращение во… что-то. Тогда в больнице, в горячке драки я не особо обратил на это внимания, воспринял как данность и благополучно забыл. Сейчас это отпечаталось в памяти, как клеймо, заставляя вновь и вновь возвращаться к произошедшему.
Еще через два с лишним часа мы были в городе. Нас уже ждали. На этот раз представители «повстанцев» — проснувшихся пришельцев. Пройдя через вокзал, мы вышли на привокзальную площадь и сразу же направились к уже ожидающей нас темно-синей пассажирской газельке. То, что это не обычная «маршрутка», я ощутил ещё при подходе — не говоря уже об отсутствии у нее окон.
С тихим шелестом дверь в салон плавно отъехала в сторону. Внутри было двое: водитель, не замеченный мною ранее, судя по ощущению тоже пришелец, и… человек. Последний сидел внутри салона, прямо на полу меж задних сидений, поставленных вдоль стенок, и подкручивал какие-то колесики на квадратном пульте управления, сверяясь с показаниями мониторчика. Даже не взглянув на нас, он лениво махнул рукой в знак приветствия.
— К нам, — худощавый обратился к водителю. Тот молча кивнул.
Внутри маршрутка ничем не отличалась от привычных пассажирских. Впереди три кресла, повернутых внутрь салона. Слева две пары, одна за другой, а справа, напротив второго ряда, всего одно место. В конце шесть кресел спинками к стенкам. Я уселся на первый ряд, прямо к отсутствующему окну, лицом вперед. Не дожидаясь, пока все рассядутся, водитель захлопнул электронные двери и тронулся с места, выезжая со стоянки.
О дальнейшем пути я мог лишь гадать, пребывая в полном неведении о нашем местоположении, так как от водителя нас загораживала шторка, за которую нельзя было заглянуть. Мои спутники вообще игнорировали меня, уставившись куда-то перед собой и словно отключившись — почти не моргая они смотрели в одну точку. Один человек что-то тихо бурчал, работая со своим аппаратом.
Не знаю, сколько мы ехали, но я остро пожалел об отсутствии у себя нейросети или самого завалящего телефона. Спрашивать время у невольных компаньонов не хотелось. По моим внутренним часам прошло столько же, сколько я обычно езжу на дачу на электричке — часа два. Другое дело, что верить внутренним часам можно не всегда, так как ориентиров у меня никаких нет. Остановились мы, когда я уже основательно извелся в нетерпении — ну сколько можно ехать-то, а?..
Дверь щелкнула и отъехала в сторону. В ту же секунду мои спутники пришли в себя и встряхнулись, поднимаясь на ноги. В открывшемся дверном проеме я увидел серую металлическую стену, освещенную люминесцентными лампами. Я молча поднялся за пришельцами, выходя наружу и оглядываясь. Как оказалось, мы приехали в огромный ангар, заполненный по углам металлическими балками, какими-то трубами, серыми бетонными цилиндрическими конструкциями, машинами, вроде нашей газели и простых иномарок.
