Подойдя вплотную, черноволосый юноша взглянул прямо на меня. Хоть я и был нематериален, однако создавалось впечатление, что он смотрит прямо в мои глаза. Заглядывает на дно души и видит самые потаенные её уголки.
— Сражайся! — рыкнул он внушительно.
Я моргнул. Мраморно-синяя рука сжимала моё горло. Бирюзовые туманные змеи по спирали неслись ко мне. В глазах Повелителя застыло торжество.
— Обойдешься, — улыбнулся я. Обернувшись туманом, я выскользнул из его руки и материализовался сбоку. Возникший в руке тонкий стилет с огромной скоростью и силой вонзился прямо в центр мраморно-голубой груди. Там, где я ощущал источник его Силы. Всё замерло.
Потоки лавы и жидкого огня перестали течь в воздухе. Пламя в небесах как будто встало на паузу, неверяще уставившись на дело моих рук. Повелитель Разума замер с протянутой рукой, словно всё ещё сжимая горло ненавистного Тэнно. Я заглянул ему в глаза… и увидел Ужас. Ужас и первобытный страх перед… смертью? Должно быть. Налетевший порыв ветра обратил скульптуру в пепел и унес в прерии. Я победил. Пора возвращаться.
Прикрыв глаза, я открыл их уже в своём теле.
Обстановка вокруг разительно изменилась.
Во-первых, я находился в собственном теле, на станции Оро. Во-вторых, в космосе кипел горячий бой. Наши истребители и москитный флот сражались пусть далеко, но уже на различимом глазом расстоянии. Галеоны гвин`дир черным роем виднелись где-то далеко впереди. Это говорило только об одном — за прошедшее время противник приблизился вплотную. И сильно меньше его не стало. Чего нельзя сказать о флотилии Содружества. Неожиданный всплеск, словно взрыв, за спиной, заставил меня округлить глаза. Сзади повеяло промораживающей нутро, невероятно ледяной СИЛОЙ — именно так — Повелителя Разума.
«Да сдохни ты уже, ублюдок!!» — я глухо зарычал. Охватившая ненависть к противнику подстегнула силы. Ведомый первобытной яростью, я не заметил, как вскочил с кресла и одним усилием создал червоточину в Бездну, тут же переместившись через нее в середину зала. И обмер.
Мертвенно-бледная кожа обнаженного тела, отдающая мраморной синевой. Без единой венки или кровиночки. Грудь и гениталии полностью скрыты плотной кожей так, что не видно и намека на что-либо. Посиневшие, словно мертвые губы. Костяные наросты превращали ногу ниже колена в уродливые подобия деревянных культей с тупыми концами. Безразличное ко всему, безучастное лицо. Глаза, ярко-голубые без зрачка и белка, со слабо различимой бледно-розовой радужкой. Лишь волосы… они остались неизменны. Когда-то шелковистые, пушистые и такие родные, они густой копной свисали за спину любимой женщины. Она подняла руку и выпустила в меня бледно-голубой диск сжатого воздуха, насыщенного её энергией.
Пораженный встречей, замерев в неподвижности, я неверяще ощупывал лицо девушки взглядом. Каково жить, думая, что твоя любимая мертва? Затем она приходит за тобой. В другом обличье и желая убить. Диск сжатого воздуха с огромной скоростью врезался мне в грудь, но вместо того чтобы разрезать, ударом молота бросил назад. Пролетев добрых метров пятнадцать, я болезненно влепился спиной в постамент-возвышение, на котором расположилось моё место управления Башней По кошачьи мягко приземлившись на пол после удара, я оскалился и попробовал нащупать нить связи с девушкой. Ничего не было, как отрезало.
— Лайла! — позвал я.
Губы существа, её заменившего, искривились в презрении.
— Её. Нет, — трубный многотональный голос разнесся по залу.
В ту же секунду на разум обрушилась ледяная волна. Подчиняющая, промораживающая естество, внушающая нежелание сопротивляться… Словно делаю это неоднократно, я окунул рассудок в первозданное пламя собственной Силы, сжигая лёд. Давление исчезло.
— Ты. Сдашься!! — закричала тварь, занявшая место моей девушки.
Меня охватила ненависть. Я медленно двинулся вперед, всё больше окутываясь Силой, непрерывным водопадом вливающейся в меня из самой Бездны. Это не тот узкий канальчик, что был когда-то. Теперь я намного сильнее. Меня окутал густой, непроницаемый взглядом черный дым. Внутри заискрились бардовые молнии, уподобив меня грозовой туче.
С ладони то ли уже Повелителя, то ли ещё Тэнно, сорвалось голубое копье сжатого воздуха. Моментально преодолев отделяющее нас расстояние, оно должно было врезаться мне в грудь, однако ещё на подлёте было рассечено кроваво-красным лезвием, сотворенным взмахом ладони.
— И это всё?.. — прорычал я, всё больше напитываясь энергией. Мир поплыл, а зрение вовсе перестало воспринимать картинку физического мира. Теперь Лайла, на общем фоне огненных потоков энергии, выглядела как небесно-голубой силуэт. В области груди синева превращалась в ярко-синий сгусток, мерно пульсирующий и переливающийся внутри. На поверхности сгустка то и дело появлялись алые пятна, тут же растворяясь в морской синеве.
В мою сторону полетели голубые сгустки, копья сжатого воздуха и полукруглые диски энергии. Сгустив вокруг себя дым, я принимал все удары в него, словно в мягкую подушку, тут же расщепляя энергию Повелителя.
