— Я спрашиваю цель! Она может в Китай вообще летит откуда-нибудь из северного моря или из Англии!
— Калужская область! Надеждинск!
Услышав это название, подполковник Васнецов дернул командира за рукав.
— Гриша! Там мой брат! И племянник!
— Володя, успокойся! Мы в любом случае попробуем ее перехватить! Внимание! Взять цель! Вести до оптимального участка и уничтожить!
Васнецов как завороженный смотрел на удлиняющуюся нить летящей в Надеждинск ракеты. Сейчас это было самым главным для него.
— Антей 400!
— Антей 400 на связи!
— Цель наблюдаете?
— Ведем!
— Двухракетный залп по цели!
— Есть! Лишенко! Лишенок, черт!!! Не спать!!!
— Я… Есть…
— С нашей стороны тоже двухракетный залп по цели!
— Есть, — подавленным голосом пробормотал Лишенко.
Красная нить продолжала угрожающе расти и двигаться в сторону маленького городка на берегу Оки. Вдруг, рост полоски прекратился.
— Цель уничтожена!
— Ну, Володя. Ты доволен? Цел твой Надеждинск…
— Командир! Ракета, бьющая по Обнинску, разделилась! Двадцать боевых частей!
— Двадцать? — полковник нервно потер подбородок. — Понятно. Половина из них, скорее всего ложные цели. Они распознаются?
— Нет!
— Черт. А куда летят?
— Четыре части летят прямо сюда!!! Черт!!!
— Нука без паники! Бункер выдержит! Но мы должны их сбить!
— Товарищ полковник, вас к телефону со второго поста! — молодой капитан, сидевший за ближайшим пультом, протянул ему трубку.
— Полковник Коновалов. Да… Я понял… Добро… — он вернул трубку офицеру и взглянул на Васнецова: — Слушай, там из метро бронедрезина приехала. Там этот старший контролер опять. Иди, встреть его…
Михаил сидел совершенно бледный. Капилляры в глазных яблоках полопались от нервного напряжения и белки стали совсем красными. Он потерянным взглядом уставился на вошедшего в дежурную комнату Васнецова.
— Вова. Я все внутренние посты обзвонил. Это… Это оказывается не просто война… Это…
— Это ядерная война, — закончил за него Васнецов.
— Зачем?
— Ты меня спрашиваешь? Боюсь, Миша, нашего с тобой мнения на этот счет не учли.
— Но это, же безумие…
— Как и любая другая война. Ну, где этот контролер?
— Со второго поста сюда движутся… Володя… Что теперь будет?
— Будет планета обезьян. — Васнецов невесело усмехнулся.
— Внимание! — захрипел динамик на стене. — Задраить все гермодвери! Задраить все гермодвери! Ядерный удар по поверхности через пятнадцать, четырнадцать, тринадцать…
— Все-таки пропустили боеголовку, — вздохнул подполковник.
— Что? Какую… Куда удар?! — Жилин вскочил со своего кресла.
— По нам, дружище. По нам…
— …три, два, один, взрыв!
— Варяг! Варяг!!!
— Ну… Ну Коля… Ну чего ты спать не даешь? — Яхонтов повернулся на другой бок. Луноход продолжал свой путь. Теперь за рулем сидел Вячеслав, который старался четко выполнять команды обучающего его Алексеева.
— Варяг, да проснись же!
— Чтоб тебя… Ну чего? — искатель взглянул на Николая.
— У отца был брат?
— У моего отца был брат? — Яхонтов еще не до конца проснулся и не совсем понимал заданного взволнованным голосом вопроса.
— Да нет. У моего отца был брат? Ты же с отцом дружил еще до ядрены.
— Ишь, слов, каких нахватался в столице. Ядрена, — Варяг ухмыльнулся. — Если честно, то не знаю. А что?
— А ты еще людей с фамилией Васнецов в Надеждинске не знал?
— Был прапор на рембазе. Алкоголик жуткий. Никита Васнецов. Он пропал после первого черного дождя, насколько я помню. А в чем собственно дело?
— В бункере «Субботний вечер», был офицер. Владимир Васнецов. Его брат Николай служил в Надеждинске. И сын у его брата родился. Тоже Николаем назвали. Это же мой дядя, понимаешь, Варяг?! — Васнецов затряс записной книжкой. — Я тут десять листов отпарил! И вот посмотри, что тут пишется! У меня был дядя, а я ничего не знал!
Наблюдающий в перископ Людоед бросил взгляд на эту потрепанную книжку, и на его лице появилось выражение озадаченности. Однако когда Васнецов повернулся к нему, то Крест сразу вернулся к наблюдению в перископ.
— Теперь ты знаешь, что у тебя был дядя. Тебе легче? — сказал он.
— Но… Это ведь важно… Для меня… Надо было нам в тот бункер…
— А зачем, скажи на милость? Сталкеры там побывали. Там нет никого кроме крыс. И чего ради нам надо было забыть про миссию и идти в это затхлое подземелье?
— Илья прав, — кивнул Варяг, беря в руки записную книжку. — А ты мог и ошибиться. На счет дяди я имею в виду.
— Да нет тут никакой ошибки. У меня был дядя. И он был там… — Николай вздохнул и отвернулся, уставившись в смотровую щель за своей спиной. На самом деле он вовсе не собирался смотреть на что-то снаружи. Просто он не хотел, чтобы Крест или Варяг видели его слезы.
