Они сухо, без лишних эмоций попрощались и сталкеры покинули луноход через аппарель.
— Даже жаль как-то расставаться, — вздохнул Сквернослов. — Хорошие ребята оказались.
Луноход стоял некоторое время, и путешественники провожали взглядами эту колоритную четверку, затем, наконец, машина тронулась с места.
— Что дальше? — спросил Яхонтов у космонавтов.
— Едем к Киевскому вокзалу. Недалеко уже. — Ответил Алексеев.
— А зачем нам туда, может, все-таки объясните?
— Надо, — угрюмо ответил Юрий.
Сталкеры не обманули. Они успели связаться с блокпостом. Подъехав к малому мосту, путешественники обнаружили, что шлагбаум там поднят и из бойницы выложенного мешками и накрытого бревнами блокпоста? луноходу только махнули рукой, давая понять, что они могут ехать без остановки. Луноход продолжил свой путь по моcту, обрамленному дугообразной поддерживающей конструкцией из покрытой ржавчиной стали.
Вереницы железнодорожных вагонов и цистерн тянулись слева от лунохода. Унылое зрелище заброшенности и нелепые напоминания былой жизни. Вагоны, цистерны и локомотивы были утоплены в снегу. Многие из них, судя по сгнившим мешкам с песком и баррикадам из различного мусора, были когда-то превращены в опорные точки для обороны от кого-то. Некоторые такие опорные вагоны были сожжены или взорваны. На иных были видны отметины от выстрелов разных калибров. Ветер гонял среди этого мрачного пейзажа снежную пыль и обрывки бумаг да полиэтилена. Из дыры в крыше опрокинутого грузового вагона глядела взъерошенная голова большой собаки. Она смотрела безумными глазами на странную машину и едва заметно раскачивала головой, от чего длинная тягучая слюна, свисающая с челюсти зверя, колыхалась. Собака запрокинула вдруг голову и завыла. В луноходе этого слышно не было, но в смотровые щели, лобовые окна и перископ, это мог увидеть каждый. На звериный зов сбежалось несколько десятков диких собак различных пород и размеров. Они стали подбегать к луноходу и яростно лаять, показывая жуткие плотоядные оскалы. Звери сопровождали путников, изрыгая угрозы в адрес машины, на протяжении примерно трехсот метров, пока вдруг из очередного вагона не ударила яркая и горячая струя огнемета. Восемь псов было сожжено сразу же. Еще пять или шесть, объятые пламенем, бросились в разные стороны. Остальные кинулись к вагону, и их встретила еще одна струя. На крыше показалось два человека в теплых поношенных комбинезонах и масках от пожарных дыхательных аппаратов. Они накинули большую сеть на столпившихся у вагона выживших собак. Еще два человека выскочили из тамбура, откуда до этого бил огнемет. Один из них потянул специальные веревки и замкнул эту ловушку для зверей. Другой принялся яростно бить по этой живой и дикой массе, попавшей в сети, двухметровым обрезком ржавой и тонкой трубы. Грязный снег у вагона быстро окрашивался в алые тона. Люди не обращали никакого внимания на луноход. Машина удалялась от места бойни. Николай успел заметить, что люди стали собирать убитых собак в мешки. Это было несколько странно. Зачем собирать трупы собак? Хотя, Васнецов слышал раньше истории от вернувшихся из глубоких рейдов искателей о том, что во многих местах люди едят собачатину. Чему тут удивляться, если даже люди иногда едят и людей?
Машина приближалась к зданию Киевского вокзала. Путешественники не сразу поняли, что с этим зданием не так. То, что оно почти все разрушено, было очевидно, но что-то в виде этих разрушений очень сильно бросалось в глаза своей неуместностью.
— Да это же самолет! — Воскликнул Варяг. Он оказался прав. Огромный пассажирский лайнер упал когда-то, врезавшись прямо в здание вокзала. Теперь над руинами высился гигантский хвост самолета, и всюду были видны его обгоревшие обломки и среди руин виднелись кресла, куски фюзеляжа с дырами иллюминаторов и покореженная турбина.
— Почему он упал? — спросил Вячеслав.
— А кто его знает. Может, сбили. Может, электромагнитным импульсом приборы из строя вывело. — Яхонтов пожал плечами. Он внимательно посмотрел на вертикальное хвостовое перо, на котором еще можно было различить фрагменты какой-то эмблемы. — Авиакомпания кажется не наша.
— Да какая теперь разница, — угрюмо пробормотал ведущий машину Андрей.
— Слушайте, мужики, — Яхонтов обратился к космонавтам. — Вечереет уже. Может, расскажите, куда и сколько нам еще ехать?
— На Бородинскую улицу. Тут совсем рядом. Скоро, — как-то странно вздохнул Алексеев.
