Зачем это делается? Сельсовет поставил перед нами очень объемные задачи, которые при старых подходах не решить… – далее Семен Ефимович начал излагать те цели, которые я выдал на втором заседании инициативной группы, только делал это с пафосом и торжественностью в голосе. Зал молчал. Чего в этом молчании было больше: недоверия, обалделости или вдохновения – я бы определить не взялся. Люди более-менее пришли в себя только во время обсуждения разбивки на отряды и предложения кандидатур в командиры. Под шумок удалось незаметно вывести ремонтную мастерскую из состава колхоза и объединить ее с ремонтными мастерскими леспромхоза, руководителем назначили Пименова Сергея Александровича, нашего железного Саныча. Таким образом, оппозицию мы оставили без лидера и разбили на две части. Осталось только помещение построить, короче, как всегда, начать и кончить.
Мотю выбрали Командиром отряда колхозных ремонтников, бывших колхозных. К тому же был создан сводный отряд по строительству ремзоны, который тоже возглавил Мотя. Теперь осталось не дать ему снова слиться со своими шестерками. Пока сидит в президиуме и переваривает то, что предложил Саныч. С ним раньше он связываться побаивался, как, впрочем, и теперь. Посмотрим, как на нем скажется доверие серьезных людей. Хочется верить, что проймет, а пока без него собрание прокатилось по своим темам, как лыжник с горки, легко и весело.
Сегодня, 20-го декабря, у Нонны первый выходной за последние пять месяцев. Вчера она позорно уснула на совете командиров, а эти несносные мальчишки постановили, что завтра, т. е. теперь уже сегодня, она должна провести у себя дома и спать, а чтобы не сбежала, поставили под окнами часового. Вон вышагивает…, не хватает только винтовки и буденовки. Неожиданное тепло разлилось по телу Нонны. Она их всех обожает и отчетливо понимает, что не сможет без них жить. Совсем непонятно, как она высидит этот день без этой милой мордашки нашего коллектива.
На личном календаре Нонны сегодня праздник – ровно пять месяцев новой жизни. Началась она в тот день, когда Игорь принес заявление о досрочной сдаче экзаменов за девять лет обучения. Сегодня, когда он придет, она предложит ему выпить маленькую рюмочку коньяка. Пусть будет их личная традиция. Они выпивали уже два раза: первый, когда она согласилась принять участие в его невероятных авантюрах, а второй – после того общего собрания, когда выгнали Сережу. Игорь тогда сказал, что это день рождения нашего коллектива, он пока несмышлёныш, но уже живой. Пусть сегодня будет третий – итоги первого года.
Странная штука – Время! Все эти пять месяцев оно уплотнялось с дней в часы, потом в минуты, а скоро закрутится до того, что на счету будет каждая секунда. Нонна уже не помнила, что и как она делала до того, как все началось, эти месяцы, дни, часы вместили так много, что хватило бы на всю ее прошлую жизнь. Получается, что время удлинилось, накрыв собой все, что наполнено какими-то значимыми событиями. Похожие чувства испытывают дети, когда возвращаются домой из деревни после трехмесячного отпуска – все кажется новым, необычным и знакомым только очень отдаленно. А с другой стороны, время несется, как экспресс, что кажется, новая жизнь началась лишь вчера. Как можно это понять? Время бесконечно и мгновенно… Без рюмочки – никак!
Нонна взяла с этажерки три тетрадки и села с ними за стол. Это их с Игорем складывающаяся "Инструкция коммунистического воспитания". В эти тетрадки Нонна педантично, чуть ли не ежедневно вносила все значимое из их сумасшедшего эксперимента. Здесь все задумки, их реализация и результаты, здесь выводы и закономерности, которые удалось зафиксировать, здесь планы и сомнения, здесь работа над ошибками. Эти три обычные 96 листовые тетрадки в дерматиновом переплете не имели цены, причем не только для Игоря и Нонны. Это хроника педагогической работы, какой она должна быть, какой ее следует сделать повсеместно в советских школах. Правда, пока об этом знают всего два человека.
Она погладила одну из них, открыла и провалилась в недавние события… Медленно листая страницы, Нонна проносилась над тем, что делала все эти месяцы.
Вот собрание педагогов, где были и усталость, и непонимание, и отторжение того, что их просили делать; а вот они впряглись и просят добавить еще часов на свои предметы; вот мы с секундомерами замеряем скорость чтения старшеклассников. Слегка обалдеваем от результатов. Вот Борис Сергеевич обучает других учителей быстро читать и не может поверить, что у детей результаты лучше.
Вот Петрович привез последнюю сумму, недостающую до нашего первого миллиона, и, встав на одно колено, вручает ее Светочке, объявив, что она главный двигатель торговли и он у ее ног. Светочка все-таки раскрутила мульчу и гранулированный навоз. Продается на ура!
