— Воспитываем гармоничную личность, а как исключение — воспитываем инженеров, математиков, артистов, врачей… Бесталанные пройдут по классу гармоничных, а таланты и гении пойдут особняком.
Тут засмеялись все, даже Иванов.
— Да, нестыковочка.
— Договорились, что гармоническая личность не годится в качестве как практической цели, так и теоретического понятия?
— Пожалуй.
— У нас в школе четыре цели: трудолюбие, целеустремленность, забота и ответственность. Комментарии нужны?
— Принимается. Имеете право.
— Ну, то, что мы имеем на это право, вы больше никому не говорите — заклюют нас за однобокость и отсутствие идеологической составляющей.
— А, кстати, почему вы с ней, с идеологией, так сурово? — спросил Павел Васильевич. — Это попахивает, знаете ли…
— А потому, Павел Васильевич, что идеология — это категория образовательная и к теме разговора не относится.
— Во как! Похоже об этом тоже лучше помалкивать, — улыбнулся Симонов.
— А теперь о том, почему я сказал, что КИМ не имеет практического смысла. Безусловно, я имел в виду воспитание детей, а не воспитателей. Я отношу к воспитательным только школьные коллективы, потому что у всех остальных есть существенные недостатки: они временны, случайны, краткосрочны. Устойчивый воспитательный результат в них не получить. Теперь о воспитателях. Каких воспитателей вы готовите?
— Учителей-воспитателей, воспитателей в клубы, разные педагогические группы. Короче для всех учреждений, где надо работать с детьми.
— А в каком из них они будут иметь возможность создать воспитательный коллектив?
— Только будучи директором школы, пожалуй…, - ответил Игорь Петрович и задумался. Серьезно задумался, так что не заметил, что остальные организовали чай и даже успели его выпить.
— Нонна говорила, что вы собираетесь поступать в институт Герцена, а зачем? — очнулся Игорь Петрович.
— Без бумажки ты букашка, так ведь? — мне стало понятно, что разговор движется к концу. Иванов оказался очень восприимчивым к чужим аргументам. — Игорь Петрович, если бы вы мобилизовали ту часть молодых педагогов, которые хотят стать директорами сельских школ с целью создать свою авторскую школу, то мы бы могли их принять к себе на стажировку, на полгода-год, а по итогам выпуска, то есть нашего с Нонной Николаевной решения, могли бы помочь с трудоустройством. В Кингисеппском районе 37 школ и только в двенадцати есть постоянные директора.
А еще я хочу создать школу для взрослых по специальности: Управляющий хозяйством. На год. С отрывом от основной работы. Примерно на сто выпускников в год. Нужны и воспитанники, и учителя.
— Опять что-то новенькое, — воскликнула Нонна, закатив глаза в стиле Девы Марии. — Предупреждать же надо!
Все расслабились, потянулись к пирожкам, которые приготовила чья-то мама.
— Я подумаю над вашими предложениями, — сказал Игорь Петрович, тщательно пережевывая пищу. — Так что там с институтом? Вы вроде бы хотите закончить его экстерном? Я вам поставлю "отлично" по всем предметам моей кафедры.
— Еще поступить надо, — ответил я в аналогичном ключе.
— Помогу, — отмахнулся Игорь Петрович. — Все-таки обидно, мне даже поспорить не удалось, со мной такое в первый раз.
Все дружно рассмеялись, понимая, что разговор и визит окончены.
Они ввалились в кабинет Нонны Николаевны, как снег на голову. Вся страна еще праздновала Новый Год, только мы с Нонной обсуждали наши педагогические дела. Теперь вот выяснилось, что еще кому-то не "спалось в ночь глухую". После знакомства стало понятно, что к нам пожаловал сам Евсей Григорьевич Либерман в сопровождении Петра Сергеевича Кутепова.
Когда Евсей Григорьевич понял, к кому именно он ехал, началась стандартная процедура выпадения в осадок и не менее стандартная процедура выведения из него. Я с укоризной посмотрел на Кутепова:
— Петр Сергеевич, вы везете людей не в зоопарк, а я не тигр в клетке, которого все авторитетные люди должны обязательно увидеть из-за редкого окраса и выдающихся яиц. Пощадите мою слабую детскую нервную систему, да и гостю, похоже, ничего, кроме коньяка, уже не поможет.
— Игорь, извини, конечно, но, если бы я сказал Евсею Григорьевичу, что автору идеи СЭЗ семь лет, он бы обиделся на меня за новогодний розыгрыш, и уж точно не приехал бы. А ты знаешь, кто такой товарищ Либерман?
— Да, знаю, конечно. 9 сентября 1962 года в газете "Правда" появилась статья Евсея Григорьевича "План. Прибыль. Премия". Статья в "Правде" — это не просто статья. Это почти всегда — установка. Это гораздо круче, чем материал в New York Times. Этот текст, написанный человеком с ярко выраженными еврейскими именем и фамилией, — высший пилотаж. Значит, было покровительство. Наверху кто-то считал, что "так надо". Видимо, экономическая реформа к тому времени перезрела, а общественная атмосфера вполне способствовала переменам. В связи со сказанным можно предположить, что товарищ Либерман — идеолог выступления Алексея Николаевича на ноябрьском Пленуме ЦК КПСС. Следовательно, он же и покровитель нашего гостя, и тот человек, который нужен нам для запуска проекта СЭЗ.
