Четко городская фантастика с уклоном в нуар. «Темный ночной город в котором поселились невидимые обычному человеку чудовища. Жаль, что только я однажды осенью оказался необычным и мог РёС… видеть. А еще жаль что они могли точно так же видеть меня. Р
Не хочется никого терять. Нет сил выбирать между теми, кого люблю. Это не книги и кинофильмы, а жизнь. В придуманном мире все просто — да, благородный герой приносит благородную жертву — вселенная скорбит вместе с ним, но выносит свое вселенское несокрушимое и мощное «одобрям». Герой, чувствуя поддержку за спиной эдакой мощи, стряхивает слезы с ресниц и уходит навстречу заходящему солнцу с чувством выполненного долга.
Я не герой. Никогда не хотел, не просил, не собирался им быть. Да, впрочем, так и не стал им.
Я не трус. Трус бы…короче, то что сделано, не из-за трусости. Все, что угодно, но не трусость. Я не сбежал — остался. И что… Это разве может быть оправданием?
Городские легенды. Вампиры, оборотни, призраки, проклятые дома и предметы. Этого ничего не было. Всего лишь выдумки. Но… Были реальные люди с нереальными проблемами. Боже… Вот бред — и звучит тошно. Как будто из мыльной оперы куски сценария.
Но как по-другому? Как случившееся рассказать иначе?
С самого начала? Это долгая история…И снова — штампы. Но, видно, ничего не поделаешь. Я ж точно так же напичкан этими словечками и образами, как и любой, ктo смотрит фильмы и читает книги.
Ладно. С самого начала. Наивно. Банально. Обыденно.
Главному герою не может быть 62 года. Он не может носить старые тренировочные, вытянутые на коленях, штаны и полосатый турецкий свитер, с выцветшим от времени рисунком. Главный герой — молод, привлекателен, подтянут; про пресс и призывный блеск из-под ресниц — я молчу. Профессия у него, как правило, журналист, юрист или, на худой конец, военный в отставке. Это легко. На пенсию сейчас можно выйти в сорок и замечательно заниматься расследованием непростых дел уже после службы.
Я плохой главный герой. Мне, правда еще не 62, но и не 20. Не отставник и не журналист. Самый обычный человек с дурацкой простой профессией — интернет-маркетолог.
С одной поправкой — был. Не может, по законам жанра, маркетолог мочить нежить направо и налево с помощью незарегистрированной пушки или проламывать черепа сумрачным тварям кастетом. Просто потому, что ни сумрачных тварей не существует, ни черепа ломать не умею. Я так и не смог стать главным героем даже в своей собственной истории. Но, честно сказать, никакого желания и не возникало.
Меня зовут Ян. Ян Гарда. Дед мой венгр — от него и досталась такая редкая фамилия. Мне 29. Скоро будет…(а будет ли? Как- то у нас загадывать не принято) 30.Так. Хорошо, что реально не 62 года — просто потому, что я не смог бы справиться.
Я живу…Я жил… Как же продолжить-то? Короче, обитал я в одной из высоток на севере города, в новом спальном районе, в маленькой однокомнатной квартире, которую снимал у знакомых за вполне умеренную плату. А сейчас…Знакомые, уверяю, совсем не рады прошлому знакомству и открещиваются всеми возможными способами от бывших связей. Так получилось.
Была ли точка, с которой все началось? Так, чтобы — «бамс», и все понятно. Привычный мир смят и скомкан — добро пожаловать в новый. Конечно, была. Так всегда происходит. У всего есть начало. Но не было ничего такого, благодаря чему я сделал бы мгновенный выбор и проснулся поутру супергероем. Такой себе- «чипэнддейл», спешащий на помощь.
Ничего. Я сопротивлялся изо всех сил. Цеплялся за реальность до последнего. И только когда вокруг не осталось ничего, я понял: мир изменился необратимо. Но не в одно мгновение, а много мгновений назад, и пути обратно не только нет, но и не существовало изначально, поскольку это самое «назад» вообще перестало существовать.
Началом были сны. Дурацкие, насыщенные, ярко разрисованные сны. Стоп. Они тоже ни при чем. Это не сериал — я не был провидцем. Какая же чушь в голову лезет. Просто сны. Яркие, цветные, из осколков реальности, но, понятное дело, совсем не реальные.
В начале. До первого убийства. Говорят, шизофреники видят цветные сны. Как бы я хотел быть просто шизофреником. Максимум — меня бы накачали лекарствами и держали под контролем вечным овощем. Всем бы было хорошо. Я даже сейчас за такую реальность.
Осень. Сентябрь и большая часть октября выдались чрезвычайно теплыми и сухими. Без единого дождя, с ясным почти майским небом. Я бродил по городу днями. Наматывая круги знакомым маршрутом, пытаясь успокоить расшатанные предыдущим романом и весьма болезненным расставанием нервы. По сути, и в скоротечности романа, и в болезненности расставания был виноват я один. Не удержал, не понял, вовремя не попросил прощения и в итоге остался на едине со своими мыслями и планами в пустой квартире. Но ведь не было даже банальной ссоры. Просто однажды вечером, вернувшись из очередной командировки, я не нашел ни девушки, ни вещей, ни даже обычной записки. Через два дня постоянных вызовов на мобильный от Ольги пришла смска — не доставай меня. И я отстал. Только не понял, как можно в одно мгновение, без объяснений, без шанса хоть что-то сказать и получить ответ, все бросить, вычеркнув из жизни.
