Тот же шепот, и как бы я ни пыталась бороться с ним, шепот, боль в голове стала невыносимой, и я потеряла сознание. Позже я гадала, был ли это страх, который заставил меня ослабить контроль над сознанием, или это была травма головы, но в любом случае я полностью упустила детали того, что Сонарис сделал, чтобы выполнить свою часть нашей сделки.
48
— Малышка, открой глаза. — Последовало рычание. — Мэддисон Джеймс, открой свои чертовы глаза.
Я застонала, потирая рукой голову.
— Аш? — прошептала я, услышав его облегченный стон.
— Черт, любимая, ты меня до смерти напугала.
Я снова застонала, потому что все тело болело.
— Каламбур? — пошутила я. При условии, что мы выбрались из подземного мира, конечно. — Где мы?
Губы коснулись моих, и каким-то образом я почувствовала себя немного лучше.
— В Академии, — сказал он. — Мы снова в Академии.
Я резко вскочила, морщась от света, прожигающего сетчатку. Красивое лицо Ашера предстало моему взору, и я впитывала его образ в течение нескольких секунд. Я поцеловала его, прежде чем он успел ответить, и он застонал мне в рот, обхватив меня руками и нежно притянув к себе на колени. Мы были в его комнате в особняке, и я никогда еще не была так счастлива просыпаться.
Ашер отстранился как раз в тот момент, когда поцелуй стал более страстным.
— Нет, — закричала я, притягивая его ближе.
Он засмеялся, покрывая поцелуями мои щеки и чувствительную кожу на шее. Он точно знал, как мне больше всего нравится. Он умел мастерски управлять моим телом. Но, очевидно, сегодня он не собирался давать мне то, чего я хотела.
— Дразнилка, — фыркнула я.
На этот раз, когда он засмеялся, запрокинул голову, и я чуть не расплакалась, увидев такую радость на его лице.
— Ты ранена, малышка, и я не хочу причинять тебе еще боли.
Прижавшись к нему бедрами, я подавила стон.
— Боль — это не завершение того, что ты только что начал.
Однако упрямого ублюдка это не убедило, и я постаралась не дуться, когда он обнял меня еще крепче, откидываясь на кровать, а я растянулась на нем. Мы оставались в таком положении очень долго… Я даже не была уверена, сколько времени прошло, пока мы жили в тот момент, но в конце концов я должна была узнать.
— Что случилось? Все в порядке?
Ашер кивнул.
— Да. Мы все вернулись в Академию. Только незначительные травмы.
Мысленно представив, как его кровь заливает стены… Я никогда этого не забуду. Но… незначительные травмы? Чувак держался молодцом перед богами, и это было немного пугающе… и мега возбуждающе.
— Мэдди, ты знаешь, как мы выбрались оттуда? — внезапно спросил Ашер.
Я крепко зажмурила глаза, пытаясь вспомнить все подробности.
— Стало темно, а потом… я упала. Что-то подхватило меня в воздухе, и… — После этого все стало пустым.
Ашер покачал головой.
— Не знаю, что произошло после того, как погас свет. Темнота была непроницаемой. Я ничего не мог ни видеть, ни чувствовать.
Именно так все и было… Сонарис не просто выключил свет, он почти лишил нас чувств. Но как он мог это сделать? Не было ощущения, что это способность бога океана.
Ашер провел руками по моей спине, успокаивающе поглаживая ее, и я закрыла глаза, наслаждаясь его успокаивающим присутствием.
— Я люблю тебя, — сказала я.
— Я так сильно тебя люблю, — ответил он. — Знаю, мне нужно многое исправить, Мэдс, и обещаю, я не собираюсь прекращать попытки.
Мы целовались какое-то время, и как только это стало получаться, он отстранился. Надув губы, я спросил:
— А мы уверены, что боги все еще в подземном мире?
Выполнил ли Сонарис свою часть сделки?
Ашер кивнул.
— Это единственное, что имеет смысл, потому что за нами никто не пришел. Но я до сих пор не понимаю, как это произошло. Кто нас спас?
Дерьмо. Наконец-то пришло время признаться в том, что я натворила.
— Это я, — прошептала я. — Я заключила сделку с Сонарисом. Я пообещала ему услугу, если он спасет нас.
Ашер крепче прижал меня к себе.
— Какую услугу? — спросил он, и его голос прогрохотал.
Я пожала плечами.
— Не знаю. Я была в отчаянии, Аш. Мы были в меньшинстве. У нас не было выбора. У меня не было выбора.
На самом деле это была неправда, и мы оба это знали. Выбор был всегда, но…
— Я больше не буду смотреть, как ты умираешь, — сказала я, на этот раз менее извиняющимся тоном. — Прости, это все, что мог вынести мой рассудок. Я решила, что просто заключу сделку и буду беспокоиться о последствиях позже.
Ашер крепко зажмурил глаза, а когда снова открыл их, сквозь его прекрасные радужки сочилось золото. Но он не закричал и не разозлился, а просто прижался своими губами к моим.
— Он никогда к тебе не прикоснется, — тихо сказал он. — Никогда.
— А что насчет твоей матери? — добавила я. — Теперь она точно знает, что ты встал на мою сторону. Уверена, она не воспримет это хорошо.
Мне была ненавистна мысль о том, что он может оказаться в еще большей опасности из-за меня. Не говоря уже о том, что он месяцами практически игнорировал меня, пытаясь отвлечь внимание своей матери. Теперь все это пошло прахом.
Ашер пожал плечами.
— Похоже, нам всем придется с чем-то столкнуться в будущем. К счастью, сейчас она, похоже, в ловушке вместе с остальными.
