Первая любовь. Она ворвалась в налаженную спокойную жизнь Сергея, как ураган. Яростный, безумный, свирепый, крушащий все на своем пути. Все, что происходило с ним до этого момента, оказалось не важным – бизнес, планы, увлечения.Он и не предполагал, что любовь может быть такой болезненно мучительной, бросающей из одной крайности в другую, одновременно и созидающей и разрушающей.Особенно, когда это любовь к невесте его лучшего друга.
Неприятно, когда бросаешь надоевшую красотку, а она шлет проклятия тебе в спину и поливает грязью. Еще более паршиво, когда бросают тебя, а ты недоумеваешь, что же сделал не так. А уж совсем фигово, когда любимая девушка даже не догадывается о твоей любви.
С Вероникой я познакомился год назад, как раз на свой тридцатый день рождения. Наверное, это был подарок от Бога или наказание, как посмотреть. Но тот хмурый осенний вечер стал для меня роковым.
– Можно, я приведу свою девушку? Познакомитесь! – Веселый Пашкин голос в телефонной трубке не предвещал беды.
– Приводи, – согласился я легко. – Эта которая уже по счету?
– Нет, теперь все серьезно, – рассмеялся друг. – Для меня три месяца – большой срок.
– Ты нереально крут, – фыркнул я и отсоединился.
Мы соревновались чуть ли не со школы. Какие, сколько и много ли времени потребуется, чтобы затащить в койку. Пока по всем параметрам лидировал я. У двух других моих друзей, Пашки и Лехи, показатели были гораздо ниже.
И не потому, что я какой-то там супер-пупер мачо, красавец и спортсмен. Хотя ни внешностью, ни телосложением природа не обделила. Просто у меня больше денег. А девушки почему-то падки именно на эту «черту характера» у мужчины.
Так уж повелось, что последние пять лет дни рождения наша троица отмечает в моем первом ресторане, в котором я работал сначала поваром, потом шеф-поваром и в конце концов стал его владельцем.
Не верьте тем, кто говорит, что разбогател благодаря исключительным умственным данным или изнурительному самоотверженному труду. Да, я закончил универ и много работал, но… Первый ресторан я купил только благодаря тому, что родители перед отъездом на ПМЖ в Америку оставили мне немаленькое наследство. Я снял все деньги, продал квартиру, дачу у моря и купил ресторан в старом районе. В первые годы упахивался как раб на галерах, одновременно работая и шеф-поваром, и управляющим, и даже иногда барменом, смешивая коктейли за барной стойкой по вечерам.
Готовить я любил всегда. Когда родителей нет дома неделями, а то и дольше, хочешь не хочешь, а научишься. Мне повезло: необходимость переросла в увлечение, увлечение – в страсть, страсть – в прибыльный бизнес. Сейчас у меня два ресторана в центре, и собираюсь открыть третий на побережье.
Родители периодически зовут переехать к ним. Сначала я отнекивался, что учусь, потом, что ищу себя, а в последнее время просто выбираю подходящий момент, чтобы сообщить, что не приеду вообще…
Я увидел ее в отражении огромного зеркала, висящего при входе. Зацепил краем глаза, выходя с коктейлями из-за барной стойки. Себе я всегда смешивал коктейли сам, не доверяя бармену. Она снимала плащ и что-то тихо и быстро шептала Пашке, украдкой зыркая по сторонам, словно маленькая птичка. Я так и остался стоять, как истукан, с бокалами в руках.
Как думаете, сколько времени нужно для того, чтобы влюбиться? День, месяц, год? Хрен вам! Секунда!
Говорят, грянул гром среди ясного неба. В тот момент я впервые понял достоверность этой поговорки. Вот она! Женщина, предназначенная судьбой. Словно над ее головой вспыхнул огромный неоновый указатель – ОНА. Единственная. Уникальная. Твоя.
Я узнал ее в одно мгновение и в то же мгновение понял, что никого, кроме нее, никогда больше не полюблю. Стало до одури страшно. Я тут же старательно затолкал эту стремную мысль обратно, слишком уж она была невероятной.
Потом, поздней ночью, дома, за бокалом виски, я разобрал ее внешность по молекулам и решил, что ничего особенного в ней нет. Обычная, ничем не примечательная худощавая девчонка, с непонятного цвета волосами, собранными в хвост. Одетая в одежду из стока, с дешевой претензией на моду. Глаза серые, не слишком большие, нос остренький, как у лисички, губы обычные, перламутровая помада им совершенно не подходит. Молчаливая, взгляд робкий, я бы даже сказал, затюканный. Почему же тогда вечером в ресторане она мне показалась самой прекрасной девушкой на свете?
– Это Вероника. – Голос Пашки выдернул меня из задумчивости. Они, оказывается, уже подошли?
– Можно Ника, – пискнуло это «недоразумение» и улыбнулось.
У меня внутри что-то ухнуло вниз. Я холодно кивнул и отвернулся, заказывая бармену лед. Выглядело грубо. Спиной я чувствовал их замешательство, но по-другому не мог – сердце колотилось, как ненормальное, бокалы в трясущихся руках норовили выскользнуть. Через секунду Пашка подхватил девушку и повел к нашему столику, знакомить с Лехой.
Мне нужно было прийти в себя. Срочно. Со мной что-то происходило. Непонятное, новое и от этого еще более пугающее. «Это пройдет, – мысленно сказал я себе. – Просто временное помутнение». До меня донесся ее тихий смех и циркулярной пилой прошелся по нервам. «Любовь с первого взгляда? Бред!» Но сердце не успокаивалось. Я обернулся и мазнул взглядом по сладкой троице. Все выглядели веселыми и довольными. На столе стояли две перевязанные яркими лентами коробки. Подарки мне? Как омерзительно мило…
