― Хорошо, но сначала я вздремну.
И она, топая, скрылась в коридоре. Я бросил умоляющий взгляд на Жаклин, которая смотрела на меня сквозь ладони. Она кивнула, выглядя такой же усталой, как и я. Я не знал, какой магией она владеет или какую лазейку может найти, но если кто-то и мог, то это была она. Мой взгляд обратился к отцу, который приподнял уголок рта, давая понять, что сделает все возможное, чтобы переубедить жену.
А я тем временем попытаюсь образумить свою пару.
Я направился за ней по коридору, нагнав ее за несколько шагов благодаря своим более длинным ногам.
― Даже не пытайся отговорить меня от этого, ― огрызнулась она. ― Я могу закончить то, что начала, Джулиан.
― Я ничего не говорил.
Она постучала себя по лбу. ― Но ты это подумал.
― Ты действительно думаешь, что я позволю тебе драться с моей матерью? спросил я со вздохом.
Она ничего не ответила. Она просто продолжала идти. Через несколько шагов она остановилась и огляделась. С одной стороны была стеклянная стена с видом на греческую деревню. С другой ― коллекция произведений искусства, от которой кураторы музеев могли бы упасть в обморок. Но если Тея замечала Моне, Пикассо или кого-нибудь еще, она ничего не говорила. Вместо этого она смотрела в бесконечный коридор.
― Я не знаю, где наша комната, ― сказала она.
― Пойдем. ― Я взял ее за руку, решив оставить спор на потом. Ей нужно было поспать. Я чувствовал ее усталость в своих костях, как будто она была моей собственной. Может, так оно и было. Обычно мне не требовалось много отдыха, но в данный момент я желал погрузиться в дремоту на несколько лет.
― Нет!
Я попятился, услышав панический голос Теи. ― Что…
Один взгляд на ее лицо сказал мне, что она уловила эту мысль.
― Я не сделаю этого, любовь моя, ― сказал я, понимая, что она думает, будто я говорю серьезно.
― Даже если мы не поженимся?
На этот раз я замер. Вопросы вертелись на кончике языка, но я сжал зубы и быстрым шагом направился к нашей спальне, а Тея изо всех сил старалась не отставать. Мы не собирались вести этот разговор при вампирах, которые могли подслушать нас в коридоре.
Речь шла о том, что потребовал от нее Совет, и если она собиралась сказать мне, что не только не может, но и не хочет иметь моего ребенка, я бы предпочел, чтобы она сделала это наедине.
― Джулиан, ― задыхалась она. ― Помедленнее.
Я повернулся к ней и подхватил ее на руки, перекинув через плечо.
― Опять? ― Но в ее голосе слышался смех. Мне было не так весело.
Наша комната находилась на самом нижнем уровне, и я спускался по каменной лестнице через две ступеньки. Когда мы добрались до нее, я занес ее внутрь и закрыл дверь, но не спустил на пол.
― Готова к разговору? ― спросил я.
― Может, сначала ты меня опустишь? ― ее язык слегка заплетался, как будто она уже начала засыпать.
― Я лучше буду держать тебя на руках. ― Может быть, дело в последних двадцати четырех часах, или в том, что я знал, насколько серьезно моя мать относится к дуэли, или в том, что меня охватила паника. Я лишь знал, что каждой своей частичкой нуждался в том, чтобы она была как можно ближе.
Но она застонала. ― Опусти меня, Джулиан.
У меня не было иного выбора, кроме как подчиниться. Однако я не торопился, позволяя ее телу медленно опускаться по мне. Она скользила по моей твердой груди, ее мягкое тело прижималось к моему, когда я ослабил хватку и оставил ее ноги болтаться над землей. Когда наши глаза встретились, у нее перехватило дыхание, и она провела языком по нижней губе.
― Ты подаешь мне идеи, ― предупредил я ее.
― Ты меня не опускал, ― задыхаясь, ответила она.
Я отвел глаза, и в моей груди раздался низкий рык, когда я позволил ей соскользнуть на пол. Но я не отпустил ее. Я выполнил ее просьбу, но не собирался отпускать ее, пока она говорит глупости о нашем будущем.
― Ты выйдешь за меня замуж, ― сказал я ей.
Она задохнулась, и пауза в сердцебиении длилась целую вечность. ― Я знаю.
Я боролся с желанием немедленно отнести ее в постель и оставить этот спор позади. ― Тогда почему ты говоришь обратное?
― Ты знаешь, почему. ― Ее голос надломился, в нем дрожала обида. ― Ты знаешь, что потребовал Совет.
― Какая разница, чего они хотят? Мы все время нарушаем их правила. ― Я скривил губы в ухмылке, а глаза умоляли ее покончить с этим.
― Джулиан, мы не можем просто проигнорировать требование. Что, если… ― она замялась, ее глаза уставились в пол.
Мне хотелось прочитать ее мысли, чтобы понять, к чему она клонит. Вместо этого я ждал, когда она будет готова продолжить. Протянув одну руку вверх, а другой обхватив ее, я обнял ее лицо и поднял навстречу мне. Тея прильнула к моему прикосновению, ее глаза закрылись, а дыхание стало глубже.
― Что, если я не смогу иметь твоих детей? ― прошептала она.
― Мне все равно.
Ее глаза открылись и нашли мои. ― А что, если я смогу?
Это был настоящий вопрос. На который нам обоим нужно было ответить.
