Поняв, что парень после работы и разговоров держится уже из последних сил, я быстро запихала в пакет спортивный костюм и кроссовки, потом расцеловала Арсения в обе щёки, заверив, что тоже с нетерпением буду ожидать субботы, а Матвей обменялся с ним номерами телефонов, после чего мы покинули квартиру.
Спускаясь по лестнице, и направляясь к машине, я чувствовала лёгкую грусть, что приходится расставаться с Арсением, но сердце грело то, что Матвей шёл рядом, а интуиция подсказывала, что начинается новый этап в моей жизни.
-О чём думаешь? - спросил Матвей, когда мы сели в машину и выехали со двора пятиэтажки. - Может, не хочешь ехать со мной?
-Хочу! Очень! - воскликнула я и улыбнулась ему. - Просто немного грустно расставаться с Арсением. Он столько для меня сделал. Если честно, и не думала, что существуют такие люди. Сначала спас, а потом и приютил... Вернее, что спас это уже сам по себе героический поступок, а уж то, что дал крышу над головой и не бросил в беде - многое означает. Наверное, меня можно назвать везучей, ведь вряд ли таких людей, как он, можно вот так просто найти...
-Хм, Эва, думаю дело не в везении, а в тебе. Ты мягкая, добрая, отзывчивая, позитивная, а самое главное, искренна в своих чувствах... Я много людей встречал, которые хотят казаться такими, но всё равно ощущается, что это игра, что они на самом деле не такие, а ты... Ты чиста душой, и каждый, кто хоть на секунду задержится рядом с тобой, чувствует это. Твоя доброта, она как магнит, тянет к себе и не даёт забыть... рядом с тобой хочется быть добрым, хорошим, положительным человеком... Ты как чистый свет, в котором, думаю даже самый мерзкий и плохой человек, потерявший человечность, ощущает, что есть надежда на лучшее... Даже не знаю как это описать... - задумчиво сказал Матвей. - Ты отличаешься от подавляющего большинства людей, особенно в наше время, когда миром правит жажда обогащения, алчность и жестокость. Хотя, наверное, есть и люди, которые скажут, что ты слегка наивна, но я считаю, что это неверное. Ты просто стараешься видеть в людях хорошее. И находишь это даже в тех, кто не видит в себе таких качеств. Не везение притягивает к тебе людей, а твой характер. Соприкоснувшись с тобой, уже не хочется терять это ощущение чистоты и доброты, и хочется стать ещё лучше.
-Это и не давало тебе забыть меня все эти годы, и сейчас принять с такой внешностью? - робко спросила я, желая окончательно прояснить отношения Матвея ко мне.
-Да, это... но не только, - ответил он, а потом более твёрдо добавил: - А вообще, всё равно ты знаешь о моих чувствах, поэтому не буду лгать. Когда я только пришёл в ваш класс и увидел вас с Линой, то первой мыслью было, что вы две самовлюблённые куклы, окружившие себя толпой обожателей. Потом, когда ты подошла ко мне после первого столкновения с одним из одноклассников, я подумал, что ты таким образом проявляешь снисходительность. Типа: "Я вот вся такая красавица, и моё слово закон. Теперь этого мальчика не трогайте, он будет моей личной зверюшкой, готовой на всё, только чтобы мне угодить и его не били", и скажу честно, я тебя даже возненавидел за эту жалость ко мне. Но ровно через пять минут, после того, как ты помогла мне встать с пола, изменил своё мнение. Ты по-настоящему переживала за меня. Не для того, чтобы показать, что ты жалеешь униженных и оскорблённых, не для того, чтобы кто-то назвал тебя доброй или не терпящей несправедливости, или не начал восхищаться тобой. Ощущалось, что ты искренна в своих чувствах. Помню, что меня как будто оглушило в первые минуты от той теплоты, что исходила от тебя. А потом я стал как наркоман. Чем больше я тебя видел, общался, прикасался, тем больше мне этого хотелось. Меня тянуло к тебе так, что иногда казалось, что я дышать не могу нормально, пока тебя нет рядом. Я полноценно жил только когда ты находилась рядом, а всё остальное время существовал. Я любил тебя, и эта любовь согревала меня всегда.
-Но ты никогда об этом не говорил... Даже намёком и жестом не давал этого понять, - пробормотала я, чувствуя, как от такого признания сердце пустилось в такой пляс, что перед глазами всё поплыло.
-Эва, ну а каком признание могла идти речь? - с грустью спросил он. - Вы с Линой признанные красавицы школы, умницы, а я какой-то нескладный ботан-заучка. Я боялся, что если хоть слово скажу, ты или перестанешь со мной общаться, или проявишь жалость. А мне не хотелось ни первого, ни второго. Я хотел только любви. Выход виделся только в одном, измениться, стать достойным тебя. Поэтому, когда отец увёз меня отсюда, я поклялся, что вернусь к тебе, но уже другим парнем, которого ты точно сможешь полюбить. Поэтому все эти годы я работал над собой. Тренировался, чтобы не быть тем худощавым, слабым пацаном, которого ты знала в школе. Учился с остервенением, чтобы экстерном закончить обучение и пораньше вернуться к тебе. Уже и с образованием, и нормальным внешним видом, и с перспективным будущим. Чтобы у тебя и шанса не было отказать мне...