Второй шанс полностью

— Да-а-а. Знаешь, я тут подумал, это какое же счастье, что я в твое измерение случайно не попал, кто бы знал. Я так понимаю, ты включил мозги и начал потихоньку выкарабкиваться из той грязи, в которую тебя с головой окунули, подозреваю, что одним из окунателей был как раз Ванятка Долгорукий, и тебе устроили несчастный случай со смертельным исходом. Только что-то не так у них вышло и теперь ты весь свой негатив выпустишь на местной его вариации. Ну, в принципе, почти логично.

— Почти, помнишь, что я тебе говорил про то, что свергнуть помазанника Божьего с престола, не убивая его — практически невозможно. И чаще всего, это именно как несчастный случай представляют. Или тяжелая долгая болезнь. Видимо, почти в пятнадцать от подагры было бы слишком подозрительно умереть, вот Верховный тайный совет и расстарался, как смог. Только вот после несчастных случаев потом всяких самозванцев валом прет, словно им медом где намазали. И, Петр, я больше не буду говорить на эту тему, поэтому лучше не спрашивай. Там я умер и не самой безболезненной смертью, месяц перед этим проведя в муках. Мне дан второй шанс, и я не хочу его профукать только потому, что кровь молодая бурлит в жилах, а все девушки в коротких юбочках. И да, руки у меня вполне справятся, пока что, а там и силы наберусь и мозоли набью, — мы вдвоем хохотнули, и я продолжил рвать крапиву уже в тишине.

Вырвав пятый куст, у которого корень был с версту, не меньше, я прямо здесь сложил их в пучок и наложил чары сохранности. Колючие кусты словно пленкой покрылись полупрозрачной.

Потрогав пальцем стебель одного из кустов, я убедился, что колючки не доставляют неудобства и, уже не опасаясь, поднял полученные первые ингредиенты с земли, и пошел обратно в общежитие, тем более, что на улице становилось все темнее и темнее, а луны и звезд не было видно, значит, небо заволокли тяжелые тучи. Когда же я подошел к двери, на землю упали первые тяжелые капли начинающегося дождя. Если дождь не прекратится, то завтрашняя астрономия, которой пугал нас Долгов, скорее всего не состоится.

Волнения перед предстоящей дуэлью не было. Чего бояться, если смерть в любом случае стороной обойдет. Репутацию потерять? Учитывая то, что ее у меня тут и не было никогда, не велика потеря. Вот Долгорукий видать ходит и костяшки сбивает. Ему позориться, ох как не с руки. С этими мыслями я толкнул дверь.

Дверь в комнату послушно открылась, наверное, Карамзин внял моим словам, а то, сдается мне, что с него станется еще одну девицу притащить.

— Ты где был? — в голосе Карамзина прозвучало напряжение, и я удивленно посмотрел на него, укладывая крапиву на полку, рядом со своими весьма немногочисленными учебниками, выданными мне Ларисой Ивановной.

— Крапиву собирал, — честно ответил я, махнув ему собранными ингредиентами, поворачиваясь к нему спиной.

— На хрена тебе крапива?

— Как это на хрена, в штаны тебе запихнуть пару листиков, пока ты видеть не будешь, — я даже глаза закатил. — Еще дурацкие вопросы есть? — задав вопрос я замолчал, вспомнил Изиду Петровну, и передернулся, почему-то мне казалось, что не к добру я ее так часто к ночи поминаю.

— К тебе, между прочим, помощник, твоим дедом посланный приехал, а ты только ерничаешь, — прошипел Карамзин, и только сейчас я увидел, что комната стала как бы шире, в ней появилась еще одна кровать, вставшая у окна, и еще один шкаф для одежды. Теперь стало понятно его такое великолепное настроение. Все планы были испорчены внезапно появившимся соседом, которого нужно было принимать и помогать обживаться. И это вместо приятной компании с хорошенькой девчонкой.