При виде нас, одна из пионерок стремительно вскочила, засветив лейкопластырь на коленке, и радостно замахала рукой. Я в этот момент чуть не поперхнулся — девушка была вылитая Алиса. Такое же нахальное выражение лица, спортивная фигура, кареобразная прическа, даже форма таким же узлом перевязана. Единственное отличие — эта пионерка была самой что ни на есть натуральной блондинкой с холодными, безупречно очерченными голубыми глазами. Ну и грудь визуально немного поменьше, если чисто между нами девочками говоря.
— Когда тебя клонировать успели? — шепнул я рыжей. — Да еще и подкрасить на манер нашей активистки?
— Варежку захлопнул, — процедила та, осматривая своего внезапного двойника с ничем не прикрытым подозрением, но все же вкупе с невольным восхищением.
— Ларионова, я тебе что про форму говорил? — строго спросил у пионерки Константин.
Та злобно смерила вожатого взглядом, пробормотала что-то под нос и скрылась в автобусе, приводить себя в порядок.
— Светик как обычно, — покачал головой Витя.
— Костик! — облегченно возвел руками к небу физрук. — Ну наконец-то! Скажи, что у тебя есть хорошие новости!
— Есть-есть, Владимир Петрович, — успокоил того Константин. — Помогли добрые люди найти человека, сейчас он нам все починит. А я пока за пивом…
— Костик, ну ты совсем обалдел? — округлил глаза Петрович.
— Да это я… — начал было тот.
— Это мне, — перебил его Аркадий. — В уплату ремонта, так сказать.
— А-а-а, — смущенный физрук расплылся в глуповато вида улыбке. — Извиняюсь. Так, Костик, а это еще кто с тобой?
Взгляд у Петровича резко изменился. И на поверку оказался таким… таким… Металл резать, не иначе. Даже Саныч вряд ли выдержал бы такого взгляда. Жутковато. И внушает уважение.
— А это, Владимир Петрович, внеплановая делегация из «Совенка», — усмехнулся вожатый, обводя нас рукой. Все пионеры при упоминании нашего лагеря дружно зашушукались. — У нас ведь найдется три свободных местечка?
— Ну, в целом… — помедлил физрук. — А что они…
— Долгая история, — выручил нас Константин. — Оставьте их, Владимир Петрович, им и так за сегодня досталось. Ладно, Аркадий, работайте, а я пока метнусь туда-сюда Вам за «подлечиться».
Мужчина кивнул, раскрыл свой чудо-кейс, что-то там долго выбирал и ловко нырнул под автобус в районе переднего колеса. Петрович еще поизучал нас немного, смахнул пот со лба, да и скрылся в автобусе. И в ту же секунду нас окружили пионеры «Волчонка».
— Так вот, значит, какие пионеры в «Совенке» обитают, — вальяжно растягивая буквы и обнажая кривые зубы заговорил один из пионеров. — По каким помойкам шарились, стесняюсь спросить?
Понеслась душа в Рай… А я уж, смотря на Витю с Сережей, думал, что там коллектив будет адекватный. Да уж, беда-бедовая…
— Ермак! — шикнул на того другой пионер, высокий спортивный блондин, на груди которого, помимо значка с Ильичом красовался другой, за какие-то там достижения в спорте. Хм, видимо, я поторопился немного с выводами.
— Да не, пусть говорит, — ласково произнесла Алиса, уперев руки в боки. — Зубы, смотрю, у него явно лишние.
— Че вякнула, коза? — насупился тот, ощерив круглое, чуть рыхловатое лицо.
— Слышь ты, обморок… — выступил я чуть вперед, загораживая собой рыжую.
— Так, брек! — между нами встал еще один пионер, равный примерно Дэнчику по комплекции. — Ермак, тебе неймется? Может, тебе сходить проветриться?
— А чего он сказал такого? — поддержала того неизвестная еще нам девушка. — Ты сам их форму не видишь?
— Ребята попали в тяжелую ситуацию, — хмуро заявил Витя. — Так что закройте, нахрен, рты.
— Соколов как всегда сирых и убогих защищает, — пробормотал Ермак.
— Странно, — поправил очки я. Наружу уже вовсю рвалась темная сторона. — Не слышал, как он тебя выгораживал.
— Слышь…
— Ладно, Миш, — схватила того за руку поддержавшая его пионерка. — Пойдем, правда, прогуляемся. Чего с этими стоять…
— Валивали, — усмехнулась Алиса. — Точнее, катись. С твоими ходулями в форме колеса другого выражения и не подберешь, жаба с сиьсками.
Девичий смех со стороны блондинистой копии Алисы наглядно продемонстрировал ее готовность встать на нашу сторону. Агрессивная пионерка злобно сверкнула глазами и, под ручкой со своим, так называем, кавалером, продефилировала в сторону рынка. За ними, ворча что-то недоброе под нос, увязалась довольно милая девочка с кудрявыми русыми волосами и серыми глазами. Аленка проследила за их удаляющимися кроссовками, задумчиво покачала головой и покрутила пальцем у виска. А я случайно заметил, как Витя аккурат в этот момент вперил взгляд в пол. Ага. Либо там у них что-то было, либо я просто уже сам начал быть склонным к драматизму.
— Уф, — выдохнул Сережа. — Вы, ребят, на Мишу с Таней внимания не обращайте. Те еще уроды, честно говоря.
— Они не уроды, — блондинистый пионер со значком проводил взглядом ушедших товарищей и вновь повернулся к нам. — Просто… сложные. Так, значит, вы из «Совенка»?
— Из него, родимого, — улыбаюсь, протягивая тому руку. — Меня Макс зовут. А это моя… — ага, ага, давай, еще чего-нибудь ляпни. — Мои подруги — Алиса и Алена.
