На пляже все еще был почти весь лагерь. Расходиться еще никто и не думал. Основное действо, которое представляло из себя сейчас какой-то безумный танец, под мелодию, в которой я узнал «Кадриль», приходилось около установленного вручную помоста, украшенного ракушками, водорослями и пластмассовыми рыбками, за которым гордо веял парусами макет «Разящего». В центре внимания — Ольга Дмитриевна, вожатая Маша в каком-то нелепом платьице и незнакомый тучный мужик в декорированных под чешую плавках, украшенный бородой от костюма Деда Мороза.
Вот, значит, какой ты у нас, товарисч Высорогов…
По краям этой нехитрой декорации разместили уже знакомые колонки, а неподалеку от толпы на песке под навесом обустроили место бессменного диджея «Совенка» Мику, которая заливисто отжигала вместе со всеми. Полуяпонка явно чувствовала себя сейчас на своем месте, которое не собиралась никому уступать. Впрочем, никто и не посягал.
— И как мы Панамку сейчас выцепим? — спросила Алиса, скептически уставившись на все это представление.
— Пока никак, — ответила Славя, нахмурившись. — Подождать придется. Но недолго. Сейчас танец закончится, потом будет небольшая миниатюра, а за ней — конкурс на тему футбола. Вот во время него и выцепим. Ольга Дмитриевна с футбольным мячом не очень-то дружит, так что до следующей миниатюры точно будет не занята.
— А ты откуда все это знаешь? — хотя, чего я спрашиваю, она же помощница вожатой, которая и писала этот бред. Конечно же она знает.
— Помогала в корректировке сценария, — чуть улыбается активистка, явно довольная собой. Что ж, не будем расстраивать девушку.
Ждали недолго, вскоре музыка утихла. Некоторые пионеры из тех, что помладше, еще побыкрались по инерции, но вскоре и они переключили внимание на ведущих Нептунятника.
— Молодцы, хорошо танцуете! — зычно пробасил Высорогов, старательно копируя почему-то манеру речи вышеупомянутого Деда Мороза. Хотя, может Нептун таким же голосом и говорил. Сценическое допущение. — Но что-то доченька моя любимая так и не развеселилась. — Тут он повернулся к морщащей нос Маше. А образ капризной бабы ей подходит, если так подумать. — Может, тебя кто-нибудь обидел? Только скажи, я мигом найду обидчика, все царство морское переверну вверх дном.
— Да не обижал меня никто, — навзрыд ответила вожатая.
— Царь Нептун, а давай теперь вместе с тобой попробуем развеселить русалку-несмеяну? — живо предложила Ольга. В уголках ее глаз как будто появляются смешливые морщинки.
— А это как? — удивился «Нептун».
— А ты сыграй с нашими ребятами в футбол!
Тут же последовал шквал аплодисментов, хотя нашлись в толпе и такие, кто недовольно бормочет и шикает.
— Футбол? А это что такое?
Дэнчика бы сюда, он уж-то растолковал бы как следует. А пока Ольга Дмитриевна объясняла принцип предстоящей игры, к помосту уже принялись выстраиваться ряды мальчишек и девчонок, желающих сыграть с начальником лагеря. Контролировали все это дело Борис Александрович и сам Никитка во плоти. Меня затошнило от отвращения при виде его рожи. Я запустил пальцы в волосы и, зажмурившись, сцепил руки на затылке. Вся моя поза сейчас выражала такое напряжение, что взрыв казался неминуемым. Но тут Мику тихонько запустила веселую мелодию, под которую некоторые из детишек принялись с улыбками раскачиваться. Глядя на все это умиротворение, я и сам позволил себе расслабиться. С этим одноклеточным мы попозже разберемся. По-свойски. В своем, так сказать, кругу.
Нептун начал отбор в команду, а Ольга с облегченным видом отвела взгляд. И тут же встречается им с нами, красивыми. И аж чуть за сердце не схватилась. Только и оставалось, что вымучить из себя подобие улыбки. А у вожатой определенно сейчас вырвался обреченный вздох.
— Так, ладно, — Славя нашу игру в гляделки как-то проморгала. — Никуда не уходите, я за Панам… Тьфу!
Алиса рассмеялась коротким отрывистым смешком, который менее знающий ее человек скорее бы интерпретировал, как презрительное фырканье, нежели выражение веселья.
— Лиска, мне кажется, что это победа, — довольно изрекла Ульянка.
— Зла на вас не хватает, — сострила гримасу активистка. — За Ольгой Дмитриевной я.
— В этом нет необходимости, — равнодушно откликаюсь я, смотря, как вожатая уже летит к нам, пробиваясь сквозь толпу.
Проследив направление моего взгляда, девушка чертыхнулась и вытянулась в струнку, заодно поправив пионерский галстук. Зачем — понятия не имею, привычка, видать. Алиса чутка взбледнула, уже по обыкновению готовясь к нагоняю, и неважно, за что. И лишь только Ульянка продолжала вести себя, будто все в порядке. Мне бы такую беззаботность.
— Жеглов! — сходу прошипела Ольга Дмитриевна. — Какого… Нептуна ты тут делаешь? Ты в медпункте должен быть!
— Ольга Дмитриевна, у нас… — начала было Славя.
— Ясенева, а ты что, извини меня, клювом щелкаешь? — перекинулась на бедную девушку Ольга. — Или ты в очередной раз забыла, что ты моя помощница, и что Жеглов находится и под твоей ответственностью тоже? Почему больной пионер на твоих глазах прохлаждается, как ни в чем не бывало?
