Вот уже на фоне закатного неба нарисовались шпили домаш-него собора и башенки дворца. Наконец-то! Рейн воспрянул духом.
Надо было срочно предупредить Хуана и остальных… и выяснить, кто и в каком направлении успел покинуть дворец, пока он сам пытался поймать музу в королевском парке. Здесь, несмотря на сумер-69
Юлия Каштанова
ки, было не так мрачно из-за обилия свободного пространства, и
это даже немного придало уверенности: адмирал Альянса чувствовал себя в потемках несколько неуютно. К тому же, здесь уже гуляли люди, и он мог не бояться остаться в опасном одиночестве.
Впрочем, по большей части он воспринимал сейчас окружающих как часть обстановки, если и замечал приветствия, то рассе-янно кивал или салютовал военным – слишком торопился и не мог
себе позволить тратить время даже на соблюдение формальностей.
Ведь стоило ему остановиться, как один-два встречных преврати-лись бы в толпу, а от нее уже куда сложнее отвязаться. Люди удивленно переглядывались и перешептывались за его спиной, но он не
обращал на них внимания.
Взбежав по ступенькам заднего входа во дворец, он углубился
в переплетение коридоров, едва не сбивая с ног тамошних обитателей. Однако по законам того времени, они обязаны были уступить
дорогу спешащему адмиралу: такие личности просто ради удоволь-ствия по коридорам не бегают – они ходят степенно, чинно и медленно, чтобы ничем не уронить достоинства. Сейчас об этом думать
не приходилось. Если бы Рейн взглянул на мгновение хотя бы в
одно из многочисленных зеркал, попадавшихся по пути, он бы в
лучшем случае себя просто не узнал: всегда аккуратный и подтяну-тый, сейчас он больше всего напоминал, наверное, попавшего под
автобус бомжа. В таком в виде к королю, конечно, с докладами не
ходят, но молодому человеку было всё равно: дело не терпело от-лагательств.
В приемный зал он ворвался вихрем: охрана только успела
расступиться, осознав, кто перед ними. Наверное, подумали об
одном: война началась, при этом враг стоит уже у ворот города.
Хуан сидел за своим любимым письменным столом из красного дерева в окружении секретаря и двух министров. Стол был завален
бумагами, на которых громоздились тяжелые предметы в качестве
пресс-папье: окна были настежь распахнуты, и по комнате гулял
сквозняк). За креслом молодого короля высилась громадная фигура Ивана, который нависал над всеми подобно скале и казался еще
выше, потому что все прочие сидели; Доминиканец удостоил незваного гостя усталым взглядом и зевнул: его, судя по всему, про-70
Второй шанс для героя
