— А-а, маленькая языкастая стервочка… Не скажу, что рад видеть, но ты меня удивляешь… — насмешливо протянул предполагаемый убийца, совсем не волнуясь о том, что к шее его приставлено холодное оружие.
— Приятно оказаться на моем месте? Можешь не отвечать, по лицу вижу, что приятно… Вот ты и попался! — довольно промурлыкала я, стараясь не замечать того, как нервно подрагивают колени.
Неожиданно, стоящий столбом Хассир, отмер:
— Лиэра! Что происходит?! Вы знакомы?!
— А это и есть тот самый сирин, о котором я тебе рассказывала…
— Но…
— Хассир, — раздраженно перебил мужчину неизвестный, — Пока ты тут изволил беседы вести, наши заговорщики ушли ни с чем, это, во-первых. Во-вторых, с каких это пор ты уединяешься в компании несовершеннолетних тиэ?! Ну и наконец, какого тшхаса из-за нее ты позволил себе поставить под угрозу так тщательно спланированный мною план?!
— Да потому, что, мой дорогой братец, она моя дочь, которую, оказывается, ты пытался прирезать! — раздраженно рявкнул Хассир.
— Братец?!
— Дочь?! — одновременно со мной воскликнул мужчина, — Она?! Да ты издеваешься?! Она же…
— Я вообще-то здесь нахожусь, новоиспеченный мой родственник! — зло зашипела я, — Поэтому не стоит при мне говорить обо мне же в третьем лице! Тем более, когда эта милая железяка находится в опасной близости от твоей шеи…
А в следующий миг вышеобсуждаемый мужчина резко схватил меня за руку и куда-то нажал, отчего та рефлекторно разжалась, и кинжал с громким звоном упал на каменный пол.
— Прости, я не расслышал… Ты что-то сказала? — вкрадчиво поинтересовался убийственный родственник, крепко сжимая мое запястье.
— Я сказала, что ты меня неимоверно бесишь! — зашипела я, вырывая руку из стального захвата.
— Следи за своими словами, а не то близок час, когда я укорочу твой острый язычок собственным кинжалом…
— Прекратили! Немедленно! — раздраженно осадил нас Хассир, — Элисар, в мой кабинет. И ты, Лиэра тоже. Я же, объявлю о конце приема, после чего присоединюсь к вам. И если к моему приходу выяснится, что вы друг друга поубивали…
— То ничего ты уже сделать не сможешь, — иронично закончил за него его братец, — Иди уже. Твою куклу я, так уж и быть, не трону.
Уходил Хассир медленно, то и дело бросая на нас подозрительные взгляды. Зато стоило ему уйти, как я удостоилась раздраженного прищура золотых глаз.
— Тиэ Лиэра, значит.… И что ж ты, моя дорогая, правду мне не сказала тогда на поляне?
— А я так похожа на дуру?
— В том-то и проблема. Ты слишком умная, для своих лет. Тебе бы не составило труда втереться в доверие и тем самым поиграть на отческих чувствах Хассира, — замораживающе усмехнулся мужчина, — Потому спрошу прямо: что тебе от него надо?
— Звучит так, будто ты его жена, а не брат, — насмешливо хмыкнула я, — И от Хассира мне ничего не надо. Скажу даже, что признание меня своей дочерью — целиком и полностью его инициатива.
— Лжешь. Брат всегда отличался рассудительностью и никогда бы не пошел на такую глупость. Потому, я жду правдивого ответа на свой вопрос.
— А с чего это я вообще должна тебе что-либо отвечать? Убить ты меня не можешь… как ты уже и сам понял, это очень сильно расстроит Хассира. Ты ведь не хочешь, чтобы ваши отношения навсегда разрушились?
— Наивная моя, я могу обставить твою смерть так, что обо мне подумают в самую последнюю очередь… — широко улыбнулся мужчина, да так, что у меня даже холодок по спине побежал. В том, что он это может, сомнений не было. Никаких.
— Вот только я смерти не боюсь, — в ответ улыбнулась я, после чего развернувшись, уверенно направилась к выходу из ниши.
— А это мы еще посмотрим… — полетело мне в спину. К счастью, я даже с шага не сбилась.
И правда, мы еще посмотрим, кто кого…
Мой дядя, самых грязных правил — убийца, интриган, злодей.
Я сразу напрягаться начинаю,
Когда на коже ощущаю,
Взгляд золотых его очей.
После произошедшего в кабинет Хассира я не спешила. Даже больше, после приема я сначала направилась в свою комнату, где не спеша переоделась в удобные и так полюбившиеся темные шаровары, легкую светлую рубашку, а поверх теплую накидку, напоминающую мне наши кардиганы, сшитую из темной шерсти какого-то животного.
После я стояла у зеркала и тренировала высокомерно-безразлично-холодное выражение лица. Думаю, оно мне пригодится, так как новоприобретенный родственник та еще языкастая сволочь. И убийца. А еще глава Серой ветви, что нагоняет ужас на всех сиринов. Вот и нашелся первый минус в этой, с виду прекрасной, картине.
До кабинета Хассира ползла со скоростью умирающей черепахи. Увы, но сколько я не тянула бы время, избежать неминуемого не было никакой возможности. Ну не хотела я разбираться во всей этой каше! Хотя… Нет, все же интересно будет послушать что-нибудь о предстоящем заговоре.
