Завтракать меня повели в столовую, в которой уже к нашему приходу чинно восседала та самая… Миира. Не знаю, кто этому факту удивился больше: я или любовница Элисара, но одно скажу точно — друг друга мы видеть были совсем не рады. Хотя…мне хотя бы доставляло удовольствие смотреть на опухший и посиневший нос некогда красавицы…
— Доброе утро, Миира, — спокойно поздоровался дядя, усаживаясь на свое привычное место во главе стола.
— Доброе утро, Элис! — разом расцвета девушка, наверняка подумав, что вчерашняя ее выходка легко прощена.
Элис, значит… Звучит как сокращенное женское имя моего мира…
Подобная мысль знатно меня повеселила, потому, невольную улыбку я постаралась скрыть за чашкой травяного взвара, который местное население употребляло по утрам вместо привычных мне кофе или чая.
— Я смотрю, у тебя хорошее настроение, Миира, — обманчиво мягким голосом протянул мужчина, взгляд золотых глаз которого был холоден как ледники северных земель, — А я вот, знаешь ли, до сих пор не в духе после вчерашнего ночного происшествия…
— Но я же уже извинилась! — обиженно надула губки девушка, — Разве этого недостаточно?!
— Подобные оскорбления смываются только…кровью, — пугающе усмехнулась я, отчего решившая отпить взвара Миира разом подавилась, оглашая зал громким кашлем.
— Кровь у нас пролилась еще вчера… — насмешливо хмыкнул Элисар, бросив на синюшный нос своей любовницы выразительный взгляд, — Потому данный вид возмездия уже не актуален. Вместо этого я просто оповещаю тебя о том, что с этого дня свободный вход в мой дом тебе ограничен. Только по моему приглашению.
— Но Элисар! — разом всполошилась девушка, — Что на тебя нашло?! Я ведь извинилась перед ней! Разве этого мало?!
— Разве я неправильно выразился? Что в моих словах тебе непонятно, раз ты продолжаешь что-то доказывать. Не кажется ли тебе, что для простой любовницы ты слишком много на себя берешь?
— Но Элисар…
— Хватит, — жестко отрезал мужчина, — Я тебе все сказал. Или ты хочешь возразить главе своей ветви?
— Нет! Я поняла, — низко опустила голову девушка, выражение лица которой я не смогла разглядеть из-за нависших волос, — Я сейчас же покину ваш дом, тиэр.
Громко скрипнул отодвигаемый стул, и любовница Элисара, понявшись со своего места, быстрым шагом покинула зал.
— Кажется, ты ее обидел, — заметила я, откусывая потрясающую булочку с маслом, — Все же она ни одну ночь тебе скрашивала, а ты так с ней грубо…
— А что такое, Лиэ-эра? Хочешь сказать, что тебе ее резко стало жаль? — ядовито поинтересовался дядя, сверкнув острым, как лезвие, взглядом.
— Не то что бы жалко…тут скорее женская солидарность. Будь я на ее месте — после твоих слов послала бы тебя в пешее эротическое путешествие далеко и надолго.
— На подобную глупость она бы не решилась. Никто бы не решился, кроме тебя, моя излишне языкастая племянница, потому что ты единственная, кому я готов спустить подобное с рук, — насмешливо хмыкнул мужчина, — И то, только потому, что я прекрасно понимаю, что вся твоя язвительность и сарказм — лишь жалкая попытка защититься… Практически как зверек, загнанный в угол, осознающий тот факт, что все равно погибнет, но при этом гонимый эфемерной нитью надежды на спасение, а оттого, превозмогая страх, скалящий зубы и строящий из себя хищника…
— Какой слог, какая экспрессия! Да у тебя талант! Не думал сменить деятельность и уйти в поэты? — ехидно прокомментировала я, стараясь не показывать, что своими словами мужчина попал прямо в точку. Зверек, загнанный в угол? А так оно и есть. С самой первой встречи я понимала, что ничего серьезного ему противопоставить не могу, и это пугало. Он пугал. Изменилось ли что-то с тех пор? Да, Элисар стал вести себя по-другому и строить из себя доброго все понимающего дядюшку. Чего только стоит его вчерашняя выходка с лечением моей спины. Хочет показать, что изменил ко мне отношение и стал заботиться? Как бы не так! В моей памяти еще свежи воспоминания об этих ледяных золотых глазах, что смотрели на меня с одним желанием — убить, руках, что оставляли синяки, и зло искривленных губах, говорящих мне о моей смерти и смерти дорогой мне Иссаи.
— Лиэра, позволь спросить, о чем ты таком сейчас думаешь? Мне очень не нравится выражение твоего лица.
— Да так, вспомнила кое о чем, — мотнула я головой, — Странно, что тебя это вообще интересует.
— Видишь ли, подобный взгляд я у тебя видел всего один раз, и мне совсем не доставляет удовольствия, что ты об этом вспоминаешь, — легко пожал плечами дядя, — Тем более, сейчас для этого повода я не давал.
— Ой, только не говори, что ты обиделся! И не делай такое возмущенное выражение лица. Если ты резко изменил свою модель поведения и решил притвориться белым и пушистым, то это не значит, что я забуду все то, что ты сделал или сказал, — криво усмехнулась я, внимательно наблюдая за реакцией мужчины. Той, впрочем, не последовало. Хотя, а чего я хотела? Было бы странно, если бы за все свои сто с небольшим лет жизни он не научился держать собственное лицо при любых ситуациях.
