Андрей был прекрасным отцом. Между ним и Катей сложились очень нежные и доверительные отношения. Он часто заплетал её в сад, обольстил всех пожилых воспитательниц и давал советы, как дочери справиться с мальчишками, которые дёргают её за косички. Иногда Ира в шутку их ревновала, но заканчивалось всё примирительной щекоткой.
— Маша сегодня приедет, заберёт к себе Катю, — напомнила Ира.
— С крысой? — в голосе Андрея слышалась надежда.
— С крысой, — в трубке раздался смех. — Она их не боится, в отличие от тебя.
— Я их тоже не боюсь, просто немного недолюбливаю.
* * *
Он только проводил Катю и Машу, которой нагло сбагрил клетку с крысой, как телефон издал сигнал. Андрей провёл по экрану и прочитал сообщение от Иры.
Любимая: Ушла рожать. Купи акушерам хорошего вина, а мне эклеров. И будь спокоен.
* * *
— Крёстная, а если братик мне не понравится, мы можем его заменить?
— Нет, лапуля, заменить братика нельзя, — Мария Иванцова ловко подхватила блин лопаткой и положила его на тарелку Кати, которая допивала компот. — И он обязательно тебе понравится, вот увидишь.
— А ему понравится моя Лариса? — последовал очередной вопрос.
— Катюня, она ему, может, и понравится, но первое время их лучше не знакомить, — Маша погладила крестницу по голове. — Твой братик маленький, его надо защищать и беречь.
— А я буду защищать! — тут же вызвалась малышка.
— Моя умница! — улыбнулась Маша. — Сначала ты его, а когда вырастет, то он будет защищать тебя. Будешь ещё один блинчик?
— Буду! Два!
На другом конце города тем временем родился на свет Артем Андреевич Покровский, который смотрел на своих родителей серьёзными карими глазами и прижимал крохотные пальчики к щеке.
* * *
Они вернулись из ресторана и целовались в коридоре с таким энтузиазмом, что даже лампочка на люстре не выдержала напряжения и перегорела. Катя и Артём были у бабушки, поэтому этот вечер Андрей и Ира посвятили себе. Они так и не добрались до спальни, зато диван в гостиной оправдал свою цену. Потом Андрей отыскал плед и выругался, когда деталь от детского конструктора впилась в ногу. Укрывшись, они наблюдали, как разгорается огонь в камине. Андрей перекатывал деталь от конструктора между пальцами, Ира наблюдала за этими движениями, а потом спросила:
— О чём ты думаешь?
— О наших детях. Хорошо, что у нас есть Катя и Тёма. Не представляю нашей жизни без них, — тихо признался Андрей. — Я очень боялся, что из-за меня ты не сможешь стать матерью.
Ира извернулась в его объятиях, заглянула мужу в глаза. Где-то там и правда плескались отголоски этого страха, поэтому она обхватила лицо Андрея ладонями, поцеловала мужа в уголок упрямо поджатых губ.
— Я бы никогда не ушла из-за этого, Андрей, — искренне заверила Ира. — Не хочу об этом думать, но если бы у нас не получилось, мы бы взяли малыша.
Именно разговор побудил их погрузиться в долгий и суматошный процесс под названием «пополнение семьи». Через полгода они удочерили Таисию. Трёхгодовалую девчушку, маленькое голубоглазое чудо, которое полюбили всем сердцем. Катя и Тёма приняли сестру с искренним детским восторгом. Они даже огорчились, что сначала аист унёс их Таечку в другую сторону. Обещали пожаловаться на непутёвого Дедушке Морозу. Ира и Андрей были по-настоящему счастливы. В их доме звенел детский смех, а по паркету носились любимые сорванцы, которым особенно нравилось играть в индейцев.
Новый год Покровские встречали с радостью. Их дети делили подарки под ёлкой, бабушки обменялись вязаными шалями, дед дегустировал коньяк, Маша поглядывала на часы и с кем-то активно переписывалась, а Егор и близкие друзья Андрея впервые не обсуждали свои дела, а просто перекидывались шутками. Ира поздравила Аглаю Тарасовну, которая с нетерпением ждала выхода любимой сотрудницы из декрета, а потом пришлось наспех открывать шампанское и делать фото на котором будет ёлка, любимый муж, не менее любимые и долгожданные дети, родные, лучшие друзья и искренние улыбки.
