Я шел, почти бежал по коридору и чувствовал, как за бортом «Исполнителя» уже разгорается бой. Войдя на мостик, выслушал рапорт Пиетта, одновременно оценивая сложившуюся ситуацию. В Силе я почувствовал всю окружающую действительность сразу: корабли, их экипажи, звезды, планеты. Это было вокруг и внутри меня. С непривычки, в этом многоголосом море жизни и смерти можно утонуть, но я привычно отмел все ненужное, сосредоточившись только на главном, что в данный момент меня волновало. На предстоящем бое. Где-то на краю сознания мерцала тревогой аура сына. Это не мешало. Наоборот, осознание того, что мой ребенок рядом со мной, успокаивало и позволяло сосредоточиться на боевых действиях.
Между тем бой разгорался. На наш фронт, предусмотрительно организованный мной из двух линий: одна – ориентированная на планету, другая в Космос, обрушился первый удар от запертых в блокаде мятежников. Так,… надо направить весь огонь дальнобойной артиллерии на противника, не позволяя его кораблям приближаться к нашим позициям. С окруженцами эта тактика сработала. Но флот Органы рвался на прорыв. Кто бы мог ожидать от короля такого темперамента…. Или здесь не в Органе дело, а в ком-то другом? Впрочем, пусть с этим разбирается Учитель. Его линкор уютно устроился под «крылышком» «Исполнителя». В бой я его выпускать не рисковал. Конечно, я лишался, таким образом, одного мощного корабля, но что поделаешь. Учитель был прав. Нам нельзя находиться в одном месте.
Вскоре рисунок боя вновь изменился. Из гиперпространства все выходили и выходили корабли повстанцев. Как быстро они смогли объединиться ради своих лидеров! И где только успели столько и такого набрать? Недаром говорят: с Миру по винтику –повстанцам – флот.
Первые выскочившие корабли мятежников, сразу попали под огонь патрульных крейсеров, и тут же вынуждены были отступить под прикрытие более мощных кораблей своего флота. С этим подкреплением они снова атаковали, теперь уже мои люди вынуждены были отступать, отстреливаясь из кормовых орудий. Несмотря на частую перемену курсов, их все же несколько раз задели. На одном из кораблей энергия щитов снизилась до нулевой отметки.
-Адмирал, - Пиетт стоял рядом со мной, - пошлите им на помощь «Славу».
«Слава» была одним из моих линкоров, и она оправдала ожидания: развернувшись бортом, отогнала атакующих и перенесла огонь на головные корабли противника, сразу добившись накрытия. Флот повстанцев вынужден был отойти в ожидании подхода главных сил. Я удовлетворенно хмыкнул, однако расслабляться было еще рано. И тут я увидел просчет в их построениях, не дожидаясь пока Альянс заметит свою ошибку, двинул линкор «Победитель» на менее защищенный фланг, пускай займутся собой, а не блокадой! Третьим выстрелом мой линкор серьезно повредил корабль подобного класса ребелов, который тут же вышел из строя, поймав несколько выстрелов в кормовую часть и перекрыв собой путь нескольким своим собратьям, которые едва с ним не столкнулись. Так, а теперь добить: в бой вступили крейсера «Храбрый» и «Гром Куата». Но не все всегда получается так, как хочется. В «Гром» сразу попали несколько раз, он не смог увернуться от очередного удара и на судне оказались повреждены орудия, пришлось выводить его в более тихое место. Но это уже не могло повлиять на ход сражения, первый раунд был мятежниками проигран. И все же до победы было еще очень далеко. Слишком большие ставки были в этой игре.
Космос пылал, между сражающимися кораблями роились сотни истребителей разных типов, несколько подбитых с обеих сторон, уже беспомощно дрейфовали в пространстве. Вокруг них кружилось совсем немного спасательных капсул. Экипажи старались до последнего не покидать свои корабли, не только из чувства патриотизма, но и, понимая, что в Космосе, в горячке боя беззащитные капсулы ждет верная смерть.
Сразу несколько крейсеров противника открыли огонь по «Славе», в результате у нее вышли из строя орудия носовой части, тогда раненый линкор развернулся и дал залп по противнику из бортовых орудий, но вскоре и их заклинило. Еще немного, и корабль стал бы легкой добычей противника, а его гибель открывала брешь в обороне. Этого допустить было нельзя.
-Адмирал, … - я указал Пиетту на образовывающуюся брешь. Необходимо было повернуть почти под прямым углом, одновременно набирая скорость. Маневр был рискованный, «Исполнитель» только-только прошел ходовые испытания, и еще не был опробован в боевых условиях, кроме того, уходя так резко со своей позиции, я оставлял без прикрытия на какое-то время императорский линкор.
Пиетт откозырял и отошел в сторону, занявшись маневром. Надо отдать ему должное, выполнил он его блестяще.
«Исполнитель» буквально прыгнул в сторону, закрыв собой образовавшийся разрыв, но попав при этом под сдвоенный залп батарей флагманского линкора противника, едва вынырнувшего из гиперпространства. Щиты сразу сели на 40 процентов. Пришлось переключить на них часть мощности двигателей. Остаться без щитов в бою нельзя.
