I’m giving you the run around
I’m just a lost boy
Not ready to be found
Ронни.
Я вышел на крыльцо института и вдохнул поток свежего воздуха. Как быстро всё-таки пролетели наши с Сидом две недели в шале. А сейчас началась пора сессии, которая, к слову, мне давалась легче чем Сиду. Я, вот, уже сдал очередной экзамен, в то время как он всё ещё мучил своих двоечников. Я нетерпеливо взглянул на часы – Сид обещал освободиться ещё десять минут назад.
– Ронни-красавчик! Ты ли это? – я обернулся на голос и не поверил моим глазам: к институтскому крыльцу направлялся Такер.
Во рту у него была зажата дотлевающая сигарета, а у меня во рту пересохло так, что я даже не сразу смог что-либо вымолвить.
– Такер? – выдавил я, но улыбку на лицо натянуть так и не получилось.
– Привет! – он выкинул окурок и, выдыхая на ходу дым, сдавил в объятии, – как у тебя дела?
– Х-хорошо, – я несмело обнял в ответ, но он быстро отстал от меня, – а у тебя?
– Ну, – пожал плечами он, – у меня всё по-старому. А ты куда пропал? – он кивнул в сторону института, – решил пай-мальчиком стать?
– Что-то типа того, – пробубнил я.
– Сложно же мне было тебя отыскать, – улыбнулся Такер.
– А ты меня искал?
– Да, но ты как в воду канул, даже расчёт свой из клуба не забрал, – он осмотрел меня с ног до головы, и мне стало ужасно стыдно за фирменную нашивку на куртке, в которую я сейчас нервно прятал руки, – впрочем, я так вижу, тебе и без него неплохо живётся.
Я почувствовал ещё один укол стыда за моё выгодное положение. Такер по сравнению со мной выглядел очень худо.
– Почему ты искал меня? – спросил я, прищурившись.
Такер облизнул нижнюю губу, потом помедлил прежде чем что-либо сказать, но всё-таки решался:
– Есть одно дело у меня к тебе. Помнишь клуб на углу Шестой?
– Такер, я больше не занимаюсь этим, – твёрдо сказал я.
– Да ладно тебе, – махнул рукой он, – всего один раз, прошу. Я помню, для тебя это было плёвым делом.
– Я сказал – нет.
– Ронни, у меня проблемы, – вздохнул Такер и взъерошил волосы, – я задолжал деньги не тем людям. Я больше не знаю к кому обратиться.
Я досадно закусил губу и чуть понизил голос:
– Это незаконно.
– С каких пор тебя это волнует? Тем более, я помню как тебе это нравится. Вечера в том клубе ты обожал. Или ты забыл, как любил оставлять богатых стариканов ни с чем, а?
– Такер, я не могу, – жалобно сказал я и оглянулся на двери института – где же, чёрт побери, Сид?
– Пожалуйста, Ронни. Это будет наш последний раз. Зайдём, выиграем, и выйдем – стандартная схема, деньги пополам, само собой. Мне не нужно много, только с долгом расплатиться. Прошу…
Я колебался с ответом, и Такер применил запрещённый приём:
– Неужели ты забыл, сколько я для тебя сделал, Ронни? Кто тебя на работу устроил? Кто спасал тебя от ломки? Кто доставал тебе всё, что ты просил и хотел? А когда я прошу тебя помочь мне всего один раз – ты мне отказываешь?
– Сколько?
– Что “сколько”?
– Сколько ты задолжал? – я подумал, что если смогу найти сумму, то просто отдам ему сейчас же.
– Пять.
От такой цифры я присвистнул. Да уж, у меня в рюкзаке сейчас максимум пара сотен наберётся, карточки Сид мне пока не доверял. Кендра как назло уехала за город, где телефонная связь ловила через раз, а банкомат, наверное, был в нескольких десятках километров от неё.
Слова Такера сильно надавили на самолюбие. Я ведь не плохой человек и не предатель, а хорошие люди помогают своим друзьям, ведь так?
Ранний вечер спускался на город, и я поёжился, почувствовав первые капли ледяного дождя – утром опять будет слякоть.Такер шёл впереди меня и периодически оглядывался, проверяя, иду ли я за ним. В нос закрались давно забытые, но так горько знакомые запахи грязной подворотни, а на углу очередного безликого дома показался слабо освещенный уличным фонарём нужный номер. Такер подождал меня у двери прежде чем открыть её, и когда мы зашли внутрь, сдернул с себя капюшон толстовки – я заметил свежий сигаретный ожог у него на руке. Я пытался не нервничать, ведь мы с ним действительно проделывали эту схему не раз. Как только я заикнулся, что неплохо шарю в цифрах, он тут же рассказал мне про подпольный покерный клуб, где можно было ” влёгкую срубить бабок” ведь у “толстосумов не убудет”. Схема была простая: Такер доставал начальный взнос, а я помогал ему правильно ставить, просчитывая в уме вероятность выигрыша. Конечно, статистика иногда подводила, а иногда Такер намеренно проигрывал, чтобы нас ни в чём не заподозрили, но уходили мы всегда на пятьсот сотен богаче, чем приходили. Впрочем, для контингента игроков, которые были с нами за столом, такой выигрыш не был чем-то из ряда вон выходящим, победитель всегда уходил с десяткой в кармане. И, похоже, в этот вечер Такер намеревался занять именно эту позицию, а на такое мы с ним ни разу не решались.
Охранник брезгливо осмотрел нас, задержав взгляд на мне, и закрыл дверь на ключ – вечер начался. Прежде чем пройти в игровую комнату Такер утащил меня в туалет и предложил порох.
– Ты совсем больной? – взбесился я, – под этой дрянью я ни одной правильной цифры тебе не выдам.
