Второй сын полностью

Золотистый орел взлетел с высокого пика, что пронзал своей вершиной облака. Ветер, казалось, сам закручивался вокруг мощных крыльев, порой становясь видимым. Хищная птица принялась осматривать свои владения, привычно проверяя округу.

Неровная горная гряда несокрушимо высилась, отделяя девственный лес от занятых людьми земель. Единственный перевал намертво перегородила крепость. Основное строение крепости «прилепилось», будто осиный улей к правой гряде. И протянуло высокую стену, соединяясь таким образом с ее левой частью, перекрывая перевал. Который почернел от множества точек. Однако это не было преградой для орлиного зрения. Стоило ему лишь немного сфокусироваться, как точки моментально превратились в орду животных, штурмующих стену крепости. Кого там только не было! В едином порыве почти все жители леса устремились вперед, будто бы там, за жидким строем людей на камнях, их ждет нечто невообразимо привлекательное… Единственное, кого там почему-то не было — это птиц. Все остальные — были. Волки бесстрашно карабкались по трупам вперед, не обращая внимания на лапы в крови. Ловкие грызуны даже опережали их, успевая прошмыгнуть вперед, впиваясь в человеческий строй. Гигантские змеи и странные черви проскальзывали, ища малейшие трещины в каменной кладке, чтобы добраться вверх и вонзить в человеческую плоть ядовитые клыки. Огромные бурые медведи, презрев опасность, напролом рвались вперед, словно ожившие осадные башни. В их густой шкуре, странно поблескивавшей серым свечением, вязли стрелы и копья, а так же молнии, лед и огонь, которым осыпали их люди. Гигантские, размером с овцу, богомолы прыгали вперед, окутанные зеленым свечением. Они за один прыжок, поддерживаемый небольшими крыльями, взбирались на десяток метров вперед. Там, где богомолы добирались до людей, начиналась настоящая резня — передние конечности этих тварей шинковали простую плоть, словно траву, иной раз умудряясь прорубить даже особой конструкции кожаные доспехи. Единственное, что их останавливало — это металлическая броня. Или острый кусок железа, удачно вогнанный в критически важные точки. Но даже так, противно стрекоча, огромные насекомые старались дотянуться до людей. А немного позади основной волны, находились более массивные фигуры зверей. Они, словно полководцы, ревом, рычанием, стрекотом или пронзительным писком подбадривали сородичей…

… В этом хаосе на камнях крепостной стены лежал юноша. Средней длины русые волосы были запачканы в крови, которая все еще сочилась из раны на затылке. Одна рука намертво сжимала короткий меч, а на второй виднелись оторванные кожаные крепления. Рядом, на камнях, окрашенных кровью, валялся расколотый надвое деревянный щит. А вокруг отбивались еще живые люди…

…Голова раскалывается, а сознание немного мутит. К тому же звон в ушах и не думал стихать. А еще со всех сторон веет целой кучей эмоций — ярость, гнев, боль, страх, отчаяние и огромная жажда крови… Очень странные ощущения. С трудом продрав глаза, юноша привстал. И тут же увидел, как к нему, крадучись, приближается рыжий зверь, чем-то напоминавший собаку. Испачканная в крови пасть, и бешенный, наполненный злобой взгляд, не оставлял сомнений — эта тварь вот-вот кинется, и своей жертвой избрала именно его. Юноша собрал в кулак последние силы, и выдвинул правую ногу вперед, чуть присев, и отводя меч влево. Эта странная поза почему-то показалась самой подходящей. Зверь не дал времени на размышления — коротко рыкнув, он прямо с места, скрежетнув когтями по камням, прыгнул высоко вверх и вперед, явно метя в голову человека. Правая нога резко двинулась вперед, а меч привычно, словно сотни раз до этого, описал хитрую петлю, снося в сторону передние лапы зверя и с хрустом врубился в голову зверя. Тяжелая туша рухнула вниз, а юноша поневоле выпустил рукоять меча, спасаясь от конвульсивного удара задними лапами зверя. Последнего удара — дернувшись пару раз, он застыл, все так же таращась в пространство бешеными глазами. В них виднелся отблеск подступающей смерти… Короткий взгляд по сторонам — и юноша поспешил вытащить меч из туши. Ведь совсем рядом оказался еще один, точно такой же зверь. Он нападал на ближайшего соседа-человека, ловко орудовавшего копьем. У пары врагов сложилась патовая ситуация — зверь был осторожен и достаточно ловок, чтобы ускользать от смертоносного металлического наконечника копья, порой отделываясь простыми царапинами. При этом не мог никак навредить человеку. Такая схватка будет длиться до первой серьезной ошибки одного из противников. Или кто-то придет на помощь, переломив ситуацию…