Никто не мог устоять перед напором Субару. Если человек-автомобиль разогнался, лучше у него на пути не стоять, иначе собьет – и не заметит.
Единственным недостатком этого великого начальника было незнание технических нюансов. Скрывал он это настолько тщательно, что попал к нам на пароход с первой самостоятельной миссией по починке движка. Внутри его мандражило, как первоклассника на линейке, или юнца перед поцелуем с красивой девушкой, но снаружи был он скользок, словно змея.
Субару выбрал простой путь завоевания авторитета.
Что бы вы делали для самоутверждения в компании, для которой кишка тонковата? Конечно же, выбрали бы самого слабого и потешались над ним, вселяя в окружающих ужас.
Жертвой гиперактивного Субару пал кадет.
Общее индийское происхождение не мешало строгому аргузину достать самую длинную плеть и болезненно стегать Махеша коварными вопросами.
– Говорят, тебе дали рекомендацию на третьего помощника? – Субару обратился на английском к практиканту, работая на публику в виде меня и капитана.
– Да, сэр, – вежливо ответил Махеш.
– Замечательно, – сказал супер, заложил руки за спину и начал вышагивать по мостику павлиньей походкой. – Ты ведь знаешь, что должен уметь все, чего требует эта должность?
– Знаю, сэр, – учтиво произнес кадет.
– Начнем с простого. Где находится магнитный компас? – Субару скорчил угрожающую гримасу, вызвав у меня желание засмеяться, которое еле-еле вышло подавить.
– Там, – Махеш указал пальцем наверх.
– Хорошо, – разочарованно ответил начальник. – А как это место называется?
– Настил мостика, сэр, – уверенно произнес юный индус.
– Знавал я одного кадета, который не смог ответить на этот вопрос, – ударился в воспоминания супер. – Мы его сразу списали и поставили крест на дальнейшей карьере.
Мы с капитаном переглянулись: с недавних пор наше общение стало менее прохладным. Взгляд Василия был крайне обеспокоенным. Он выжидал и готовился к буре.
– Хорошо, следующий вопрос, – растягивая слова, произнес Субару. – Почему вахта на мостике называется ходовой?
– Потому что несется, когда судно на ходу, – немного подумав, ответил Махеш.
– Интересная версия, – скользко выговорил супер, – но нет. Вот сейчас мы на якоре, а вахта все равно ходовая.
– Как это – нет? – опрометчиво вступился я.
– Интересно, – ухмыльнулся Субару. – Третий офицер тоже не знает правильный ответ?
Слово “офицер” босс произнес с неприятным нажимом, высказывая презрение.
– Да все он знает, – c привычной лебезящей интонацией сказал Василий.
– Ну так пусть ответит.
– Отвечаю, – сказал я твердо. – Присоединяюсь к мнению Махеша.
– Очень любопытно, – искренне удивился Субару. – Я думал, в России учат получше.
– Хорошо нас учат, – начал я дерзить. – Вы бы озвучили свою версию.
– Ну так слушай, – босс приосанился, готовясь поразить аудиторию. – Ходовая вахта называется так, потому что во время нее ходят.
– Да? Вот оно что, – многозначительно ответил я. – Это потому у нас на мостике кресел нет?
– Конечно! – воскликнул Субару. – Ваш третий все правильно понимает. На вахте надо ходить, чтобы не уснуть.
– Потрясающе, – мрачно подытожил Василий.
– Перейдем к вопросам посложнее, – не без удовольствия проговорил начальник. – Скажи-ка, Махеш, в каких двух местах обозначается осадка кормой?
– Сейчас вспомню, – замялся кадет.
– Быстрее, – ласково произнес Субару. – Ты должен это знать.
– С левого и правого борта? – в надежде спросил Махеш.
– Ах, ах, – супер картинно взялся за сердце. – Ты меня убиваешь.
– Неправильно? – расстроился практикант.
– Конечно, нет, – ответил Субару. – Пусть капитан покажет тебе на чертеже.
Василий, взяв Махеша под руку, подвел его к генеральному плану корпуса, пришпандоренному на переборку за мониторами.
– Посмотри внимательно, – мягко сказал капитан.
– Вижу на подрезе кормы, – произнес Махеш.
– А еще? – ободряюще спросил Василий.
– Похоже… перо руля?
Кадет обернулся, довольный собой. Капитан легонько улыбнулся уголками губ.
– Допустим, ответил, хоть и с помощью, – сказал Субару. – Да и не твоя это пока тема. А вот по навигации, которую ты должен знать отлично, есть вопрос: какие огни ты выставишь, когда ляжешь в дрейф?
На мостике установилась нерушимая тишина. Махеш усиленно размышлял над ответом, а мы не хотели подсказывать, потому что сделали бы только хуже.
Лицо босса озарилось волнующим ожиданием праздника, когда принесут много подарков и вкусно накормят. Если бы Субару мог шевелить усами, они бы сейчас трепетали от нетерпения индийского тараканища. Весь его вид выражал полную готовность к провалу кадета.
Наконец, Махеш прервал молчание и ответил:
– Два красных огня – судно, лишенное возможности управляться.
Субару просиял, прямо-таки исполнился нечеловеческой радости. Сотни фейерверков взмыли в воздух, поразив залпом маленьких человечков, куранты забили праздничную мелодию, шампанское пролилось в бокалы, шипя и пенясь пузырьками.
Кадет ошибся.
– Ты ошибся, – с плохо скрываемым удовольствием провозгласил супер. – И это почти под конец контракта.
– Такие вещи контролирует капитан, – возразил я. – Не все помощники знают, как правильно.
