Когда первый луч восходящего солнца осветил небо, Ларт встал перед домом с пучком иссопа в одной руке и зеленым зонтиком в другой и на распев стал зачитывать некую молитву или заклинание. Его голос звонко разносился в рассветной тишине. Он был таким мелодичным, что стал напоминать песню. Ци Ян сама не заметила, как произносимые нараспев слова превратились в мелодию, а мастер Ларт закружился, размахивая пучком иссопа, с которого, будто мелкие искорки, стали срываться частички очистительной духовной энергии.
Девушка во все глаза смотрела на это представление. Язвительный, ленивый и часто неловкий мастер предстал перед ней совершенно в другом свете. Сердце пропустило удар, когда глаза продолжали жадно впитывать эту картину.
Но вот раскрылся зеленый зонтик, и мастер Ларт скрылся за ним. А затем волшебство исчезло, и даже лучи восходящего солнца, казалось, утратили блеск. Перед Ци Ян и Фуи вновь стоял обычный мастер Ларт.
— Вы!.. — не находя слов, с восторгом воскликнула девушка. — Вы и такое умеете!
Ларт посмотрел на нее, снисходительно улыбнувшись.
— Малышка, я прожил в этом мире достаточно долго, чтобы научиться всякому разному.
Ци Ян насупилась, не понимая, смеется он над ней или нет. Фуи просто сдержанно одарил Ларта несколькими звучными хлопками.
Ларт поклонился.
— Почему вы раньше не показывали, что умеете танцевать и петь⁈ — возмутилась Ци Ян, когда восхищение спало и ее разум заработал. — Мы могли использовать это в своих представлениях!
— Потому что это просто способ очищения пространства. Я не использую его в обычной жизни.
Ци Ян поджала губы, но быстро сменила недовольство на воодушевление:
— А меня научите⁈
— Вот еще!
— Ну мастер, ну пожалуйста!
— Я не твой мастер!
Почти каждое утро, еще до рассвета, Лиэ Ю неизменно выходил на медитацию, которая длилась, пока солнце не запылает над горизонтом. Сегодня он не изменил этой привычке и вновь расположился в своем излюбленном месте у берега горного ручья, чьи воды шумели, перекатываясь через камни и падая с уступов. Этот звук помогал сосредоточиться и отрешиться от посторонних шумов, которыми в изобилии был наполнен лес горы Луон. Вот только сегодня медитация главы секты была самым бесцеремонным образом прервана еще до восхода солнца.
— Глава секты! Глава секты!
Лиэ Ю открыл глаза, услышав приближающийся голос лекаря Пеони. Он поднялся на ноги и сделал глубокий выдох, не позволяя легкому раздражению целиком охватить себя. Судя по звукам, лекарь приближался стремительно. Вскоре на тропинке, ведущей к месту медитации, возник и он сам, бледный и окровавленный.
Лиэ Ю потрясенно уставился на лекаря Пеони, светлая одежда которого была испачкана кровью. Более всего пострадали длинные рукава и его живот. В первое мгновение Лиэ Ю не мог не подумать, что лекарь ранен, но быстро понял, что это не может быть его кровью, — иначе он не двигался бы так свободно.
— Что случилось⁈
— Ученик!.. Одному из наших учеников отрубили голову!!
В Цветочном павильоне, несмотря на полное собрание, стояла гробовая тишина. Во главе восседал Лиэ Ю, по правую руку от него — наставник Мон Лун и наставник Вун Мэр, по левую руку — наставница Луй Фи и лекарь Пеони. Хоть собрание началось более десяти минут назад, после того как была озвучена его причина, все погрузились в тяжелые думы, и никто не смел начать.
Вздохнув, Лиэ Ю произнес:
— Думаю, ни у кого не вызывает сомнений, кто виновник этой смерти… Не далее чем вчера эти твари требовали лишить его головы, и на утро ее и в самом деле не стало!
— Но… как это возможно? Барьерные камни не были потревожены, не так ли? — возразил наставник Мон Лун.
— Мы не можем быть уверены, что нашу защиту не обойти, — спокойно произнес Лиэ Ю. — Этот градоправитель может быть достаточно могущественен.
— Должно быть, они нашли какую-то лазейку! Иначе и быть не может! — фыркнул наставник Вун Мэр.
— Если это действительно так, что же это делается⁈ — возмутился Мон Лун. — Если мы своими силами не можем сладить с Двуликим городом, необходимо попросить помощи у четырех великих академий! Они не могут оставить это дело!
Единственная женщина среди наставников, Луй Фи, спокойно сообщила:
— Слышала, Академия Меча и Музыки пика Восхода симпатизирует Двуликому городу и всячески выступает за его сохранение.
— Что? — потрясенно переспросил Лиэ Ю.
Вот это новость! Он на самом деле держал Двуликий город за сборище разбойников, а тут выясняется, что это злачное место имеет официального покровителя из самой верхушки заклинательского мира!
— Вам точно это известно? — обратился он к наставнице Луй Фи.
— Не из первых уст, но информация казалась достоверной, — отозвалась та, задумчиво постучав по руке сложенным веером.
Лиэ Ю поразмыслил и произнес:
— Возможно, это и к лучшему. Если уж Двуликий город имеет официальный статус, четыре великие академии не смогут закрыть глаза на такие бесчинства. Нужно немедленно послать кого-то с прошением. Наставница Луй Фи, вы составите письмо?
— Конечно, меня это не затруднит. Я немедленно составлю прошение и отправлю со своим лучшим учеником.