Хомо Дозяйка. Верю. Я родилась неудачницей. Вешайте костюм обратно. Пусть достанется везучей женщине. Пусть она — русский язык и литература. Давайте взвесим платье поварихи. Оно явно полегче. Черт с ней, с кухней. Черт с ними, с биточками. И с тефтелями. Черт, черт, черт! Это ничего, что я бранюсь?
Лавочник. Ничего.
Продолжает набирать.
Хомо Дозяйка. Куда вы звоните?
Лавочник. В кассу взаимопомощи. У нас есть такая касса. Благотворительная. Я дозвонюсь, и вы дадите запрос на это... как его? Вот же словечко придумали...
Хомо Дозяйка (
Тянется к глазной повязке Лавочника. Тот аккуратно, но строго отстраняет руку женщины.
Лавочник (
Хомо Дозяйка. Что им говорить?
Лавочник. Ничего. Они сами все проверят. И сами скажут: да или нет. Вы просто ждите, молча. Они сами...
Женщина ждет.
Хомо Дозяйка (
Лавочник (
Хомо Дозяйка. Ой, погодите! (
Лавочник. Вот видите...
ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ
Лавочник, вещи, Хомо Дозяйка и Блин Поприколу
Снаружи раздается шум подъехавшей машины, хлопанье дверцами, приглушенная музыка. А. Розенбаум: «Нинка, как картинка, с фраером гребет...». Наслаиваются голоса:
1-й голос. Да че ты тут забыл?! Шмотья старого не видел?!
2-й голос: А, блин, по приколу! Оттянуться!..
1-й голос. Ну ты, братан, в натуре крышей поехал! Нашел, с чего прикалываться...
3-й голос. Валим в сауну, пацаны, оттянемся конкретно... 2-й голос. Ну и вали в свою сауну! А мне, блин, по приколу!..
Хомо Дозяйка
Лавочник: Это не у меня. Это на улице. Не обращайте внимания, такая публика сюда не заходит.
На невидимой улице тем временем продолжается «базар».
1-йголос. Поехали, пацаны. Хрен с ним, пусть зырит...
3-й голос. Ну ты подкатывай, в общем...
Снова хлопают дверцы машины. Взревывает мотор, быстро удаляясь; шаги по ступенькам. Распахивается от пинка входная дверь — и в унисон ей где-то далеко в очередной раз, бесстрастно и неотвратимо, бьет колокол.
Щелчок клавиши выключателя. Вспыхивает свет, ветер проносится по лавке. Вывешенная на продажу одежда разом оживает: мелко трепещут платья, хлопают рукавами плащи, халаты и куртки, раскачиваются брюки и джинсы — словно перебирая ногами-штанинами. Смех, звон бокалов, аплодисменты, отчаянный плач ребенка, хлопки то ли фейерверка, то ли открываемого шампанского, то ли выстрелов. Романс «Белой акации гроздья душистые...» сменяется народным хором, исполняющим «Валенки»; поперек врывается «Stairway to Heaven» Led Zeppelin, музыку перекрывает рев мотоцикла со снятым глушителем...