– У меня идея, – продолжал Роги. – После завтрака мне надо наладить аппаратуру для выступления профессора Джеймса. Мы с техниками протянем в большой зал силовой кабель из трансформаторной и установим вспомогательный щит. Не хочешь помочь?
– У-у, угу! – отозвался Северен с набитым ртом.
Знаешь , перешел Роги на умственную речь, когда чем-нибудь занят, почти не замечаешь неприятных вибраций. Во всяком случае, мне всегда помогало.
У тебя тоже бывает хандра?
А ты думал? Карлики в желудке играют на расстроенных фаготах, и сороконожки катаются на коньках вдоль хребта.
Многие из этих Сыновей вправду хотят нас убить?
Да, Севви.
А нам даже обороняться нельзя, да?
Что за вопрос? Тебя разве не учили этике?
Я знаю этику альтруизма, просто спрашиваю, как бы ты поступил.
Ну, ведь я не вхожу в ту лигу, где состоишь ты со своими родителями и прочими гигантами мысли.
Отвечай прямо, не морочь голову!
Непротивление – благородный, но опасный идеал. Странно, что столько людей выступают за него. Лично у меня бы не хватило сил.
Но если забияк не остановить, они еще пуще разойдутся.
Дай Бог, чтобы этот вопрос остался чисто теоретическим.
Фил и Мори вслед за папой и мамой говорят, что верят в этику альтруизма, а я вижу у них в уме сомнение.
Верую, Господи, помоги мне в моем неверии!
Что-то вроде того. Конечно, наша этика правильна, благородна и подает пример нормальным, отец Энди говорит, что мы оказываем на них моральное воздействие… И все-таки я не понимаю, почему не правы русские умники, когда пытаются защитить свою страну, какой смысл быть благородным, если тебя все равно убьют?
Трудный вопрос. Когда найдешь на него ответ, Севви, скажи мне.
Люсиль и Дени проходили по забитому народом холлу.
Я хочу на минутку остановиться у газетного киоска, перед тем как идти на дискуссию Вандерлена , – сказала Люсиль. – Бог мой, сколько полицейских!
Начальник охраны вызвал сюда все свободные от дежурства наряды Нью-Гемпшира, да еще несколько из Мэна. Нам это недешево обойдется, а что делать?
Может, все зря? Ведь ни один из соглядатаев не заметил ничего из ряда вон выходящего.
Именно поэтому.
– Пожалуйста, упаковку аспирина, – попросила Люсиль продавщицу киоска. – А еще… Есть ли у вас сегодняшняя «Правда» на английском?
– Какого формата, мадам? Американского или европейского?
– Американского, если можно.
– Минутку. – Девушка повернулась к полкам.
Я же обещал тебе слетать в Москву нынче ночью и поговорить с Тамарой.
Люсиль с трудом сдержала раздражение.
Мне нужны разные точки зрения, не только твоя.
Все равно мы не в силах повлиять на тамошние события. Либо операнты победят, либо снова отправятся в ссылку. И я не знаю, что хуже.
– Наличными или записать на счет? – улыбаясь, спросила девушка.
Люсиль подала ей свою гостиничную карточку.
– На счет.
