Доктор сгорбился на стуле, отрицательно покачал головой.
– Здоров я, Виктор, устал просто.
Полковник поднялся, подошел к сейфу.
– Ну, это мы сейчас поправим.
Он достал водку, стаканы. Доктор послушно взял протянутый ему стакан. Залпом опрокинул, подцепил вилкой шпротину из открытой консервной банки.
– Устал я, Витя, – повторил он. – Мне бы отдохнуть недельку, на рыбалку съездить. Не видеть ни твоих волкодавов, ни «отдыхающих»…
– Еще добавь: твою, Витя, рожу не видеть, – усмехнулся Полковник.
– К твоей роже я уже давно привык. Отпустишь?
– Нет, конечно, потерпи, Толя, немного осталось. Потом можешь хоть полгода отдыхать. В Крым тебе путевочку выпишем, в наш санаторий. Как там эту сестричку грудастую зовут, с которой ты… Таня?
– Света.
– Точно, Света. Потерпи.
– Да терплю я, Витя, терплю. Тебе, как старому другу, пожаловался.
– Ну как там у тебя сто восьмой? – спросил Полковник, меняя тему разговора.
– Не нравится он мне. – Доктор поморщился. – Вроде на сорок первый препарат отреагировал, команды выполняет, попыток бежать не делает, эффект диссоциации нивелировался…
– Ну вот, значит, все в порядке, что тебе не нравится?
– Энцефалограмма мне не нравится, Витя. Активность как у интактного пациента. Характерных изменений нет.
– Симулирует?
– Не пойму пока. Такое поведение симулировать трудно, показатели все в пределах, только энцефалограмма…
– Толя, ты же сам мне говорил, что энцефалограмма – дело тонкое, еще недостаточно изученное. Может быть нормальной у абсолютного психа и наоборот.
– Может, – подтвердил Доктор.
– Ну и что ты намерен делать?
– Я намерен перевести сто восьмого в корпус «Б» к «отдыхающим» и понаблюдать.
– Переводи, – согласился Полковник, – у нас по «отдыхающим» недобор, план горит. Только охрану предупреди, пусть приглядывают.
Звонок из Центра по закрытой линии застал Ричарда Лунса, советника по культуре и резидента ЦРУ, на выходе из кабинета. Ричард посмотрел на часы и выругался. Он и без того уже почти опоздал, а если на проводе Боуви (а кто же еще может быть) – опоздает наверняка. Конечно, заместитель директора ЦРУ Роберт Боуви не из тех, кто, как говорят русские, тянет резину, но продолжительность разговора с ним никогда нельзя заранее предугадать. Может, полминуты, может, полчаса. И что за привычка звонить в любое время без предупреждения? Есть же специально выделенные часы, в которые советник по культуре всегда один в своем кабинете, «работает с важными документами» и все в посольстве знают, что в это время отвлекать советника нельзя.
Ричард вернулся к столу, на ходу скидывая легкое пальто, и взял трубку.
– Добрый день, Ричард, – раздался хорошо знакомый голос. – Или у вас уже вечер?
«Ты же прекрасно знаешь, зануда, сколько сейчас в Москве», – подумал Лунс.
– Здравствуйте, господин заместитель директора, – сказал он в трубку. – В Москве сейчас восемнадцать часов четырнадцать минут.
– Куда-то торопитесь?
– Да, шеф. Сегодня дает последний концерт перед отъездом на гастроли Лазарь Берман77.
– Тот самый маг клавиатуры, феномен русской пианистической школы?
«Надо же, ты, оказывается, не только за внедренными агентами наблюдаешь, но и за пианистами».
– Да, господин заместитель директора, тот самый.
– Не переживайте, Лунс, я надолго не задержу. Что у вас по «Падающей звезде»?
Выслушав короткий доклад советника по культуре, Боуви некоторое время молчал, потом произнес:
– Надо максимально ускорить подготовку, Ричард. Представление назначено на седьмое ноября.
– На годовщину большевистского переворота?
– Да, Ричард. Это будет символично. Концерт на Красной площади.
– А если нам помешает погода?
– Не помешает. Не знаю, как Советы это устраивают, но в этот день у них всегда хорошая погода.
– Я приложу усилия, шеф.
– Рассчитываю на вас, Ричард.
Абонент отключился. Лунс положил трубку, задумчиво посмотрел на календарь. Сроки очень жесткие, и сделать предстоит много. Но посещение Большого зала Московской консерватории это не отменяет. Ричард Лунс не был особым любителем, тем более знатоком фортепьянной музыки. Но во время концерта у него запланирована встреча с важным информатором, известным всей Москве настройщиком фортепиано. Настройщик давно мечтает о переезде в Штаты и поставляет Лунсу весьма ценную информацию. У настройщика обширная клиентура, и его высокопоставленные заказчики, угощая интеллигентного и общительного мастера чаем или чем покрепче, во время легкой застольной беседы порой выдают секреты, за которыми с риском для жизни годами безуспешно охотятся специально внедренные, работающие под прикрытием агенты.
Саня вытащил указательный палец из дырки в багажнике и задумчиво посмотрел на него, подняв вверх.
– Девять миллиметров. Пулю нашел?
– Нет, здесь где-то застряла.
Андрей показал на лежащий в багажнике мешок с картошкой, который купил в выходные на рынке и до сих пор не спустил в яму в гараже.
– Повезло тебе, Андрюха, что ты мешок поленился вытащить. А то бы пуля точно в пятую точку прилетела.
