– Да я и не могу, – еле слышно произнесла девушка. Бесшумно, словно опытный охотник, Томас метнулся к Джасмин и протянул ей свою ладонь. Его уверенный добрый взгляд успокаивал Джасмин, подобно маяку, освещающему путь в темноте.
Занавеска, закрывающая вход в шатер, снова взметнулась, и на пороге появились Грэм и Джабари. Томас властно взмахнул рукой.
– Стойте. Любое движение может спровоцировать нападение. Я справлюсь. Будьте готовы по моей команде.
Грэм тихо выругался, а шейх кивнул. Мышцы Джасмин, старающейся не двигаться, затекли и горели от напряжения. Подойдя еще ближе, Томас протянул руку.
– Джас, дорогая, я знаю, как тебе страшно. Я тоже напуган. Поверь мне. Я собираюсь стряхнуть с тебя скорпионов на счет три, и когда я это сделаю, ты должна спрыгнуть с кровати и откатиться в угол.
– Но тебя ужалят!
– Я гораздо больше тебя. Их яд подействует на меня слабее.
Джасмин глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.
– Хорошо. Я тебе верю. Пожалуйста, Томас, будь осторожен.
Голос мужчины смягчился:
– Хорошо, дорогая. А теперь… один, два…
На счет «три!» Томас резко опустил руки и одним махом смахнул с Джасмин насекомых. Смертоносные жала загнулись вверх и вонзились в кожу мужчины. Поджав ноги к груди, Джасмин скатилась с кровати на пол. Однако она задела Томаса, и тот повалился на кровать. Скорпионы тотчас же бросились в атаку. Еще три упали на обнаженную грудь Томаса и его левую руку. Он закричал, когда жала вонзились в его кожу, но все же сумел скатиться на пол.
Грэм и Джабари оттащили Томаса в безопасное место. Рамзес раздавил скорпионов, а потом скатал простыню, не давая этим монстрам выбраться на свободу.
Джасмин вскочила на ноги и посмотрела на Томаса. Ее била дрожь. Извиваясь на ковре, он стонал от боли. Он спас Джасмин, но дорого заплатил за это.
Томас метался на подушке, то погружаясь в забытье, то приходя в себя. Пот пропитал простыни под его обнаженным торсом. Все его тело горело. Он корчился от боли, желая оказаться в озере изо льда. Он готов был все отдать, лишь бы унять жжение. Все, что угодно… Все…
– Томас, прости меня. – Прохладные слезы упали на его пылающую кожу, успокаивая зуд. Томас открыл глаза и увидел плачущую над ним Джасмин. – Это моя вина.
Она отерла лоб Томаса прохладным полотенцем. До его слуха донесся приглушенный голос Джабари, и на его саднящие раны легли смоченные в воде полотенца. Томас заскрежетал зубами, пытаясь превозмочь боль, но она накатывала на него снова и снова.
– Он умрет? Мы не можем этого допустить!
– Нет, малышка Джасмин, – поспешил успокоить девушку Джабари и посмотрел на Томаса. – Вам повезло, мой английский друг, – словно издалека донесся до слуха молодого человека его голос. – Укусы коричневого скорпиона весьма болезненны, но они не убивают. К тому же вы молоды и сильны. Боль скоро стихнет. Возможно, через несколько часов.
– Спасибо за ободряющие слова, – пробормотал Томас, поморщившись.
– Вы не можете что-нибудь еще для него сделать? Он в агонии!
Томас почувствовал, как изящные пальчики Джасмин сплелись с его пальцами. Он наслаждался их прикосновением. Ведь оно было подобно прохладному оазису посреди обжигающего песка.
– Мы делаем, что можем, – сказал Джабари. Перед глазами у Томаса все поплыло, но он изо всех сил пытался не выпускать из поля зрения превратившееся в размытое пятно прекраснее лицо Джасмин, подобное миражу в раскаленной пустыне. Он не умрет.
Просто будет мучиться от боли, на протяжении еще нескольких часов. Но забота Джасмин заставляла его улыбаться, потому что только это было для него важно.
Спустя несколько дней Томас снова был на ногах и чувствовал себя хорошо. Однако до сих пор оставалось неясно, кто подложил скорпионов в кровать Джасмин. Девушка показала письмо дяде. Его гнев и решительные действия убедили Джасмин в том, что она поступила правильно, доверившись ему. Юсуф заявил, что никто из его людей не мог причинить вред Джасмин, но он не отрицал того факта, что до их приезда в лагере побывали «другие покупатели из Англии». Они очень интересовались жеребцом, принадлежащим аль-хаджидам, и поклялись завладеть им во что бы то ни стало.
Джасмин никому не сказала о своих подозрениях, касающихся Юсуфа. Пожилой шейх был слишком могущественным человеком. Кроме того, у нее не было никаких доказательств.
Джабари предложил приставить к ней для охраны самых верных своих воинов, но Джасмин отказалась. Ей не нужна была сотня воинов, охраняющих шатер. Она нуждалась лишь в одном – в том, кто спас ее, в том, кто спал по соседству.
Чтобы отвлечься от неприятных мыслей, она решила понаблюдать за вязкой Аль-Сафи. Томас уже купил предназначенную для этого кобылу, которую затем со всеми предосторожностями переправят в Англию.
Дядя сказал Джасмин, что подобное зрелище не для благородных дам, но когда девушка присоединилась к мужчинам, никто не сказал ни слова. Джасмин стояла в отдалении и наблюдала за происходящим, когда к ней присоединился Томас.
Она с беспокойством посмотрела на него.
– С тобой все в порядке? Тебе нужно лежать.
– Еще несколько дней взаперти – и я сойду с ума.