Орлан сделал два шага вперед и, не торопясь, вытянул голову вверх. Мы были с ним так хорошо знакомы, что без труда разбирали интонации движений его шеи: Надсмотрщика Орлан приветствовал издевательски!
- Вместе - да. Но не с врагами, а с друзьями.
- Ты - изменник, - грозно установил Надсмотрщик. - Все удивлялись твоему возвышению. Говорили, что ты берешь умом. Ты взял вероломством. Конец твой будет ужасен. Я расскажу Великому о твоем поведении.
Тут мы впервые узнали, что разрушители могут не только улыбаться, но и хохотать. Орлан заливался и освещался смехом, хохотали его рот, его лицо, волосы, тело и руки. И немедленно в ответ ему раздался дикий хохот Гига, бравый невидимка не мог упустить повода весело погромыхать костями и косточками.
- Все расскажи Великому, все расскажи, - проговорил Орлан, насмеявшись. - И встреча у вас будет скорая - в одной из тюрем, куда мы навечно его упрячем. а теперь отвечай на вопросы.
Допрос проводил Ромеро. Мы с Андре отошли.
Меня мучило ощущение, что я где-то уже видел эти стены и пульты. Но когда я стал говорить об этом Андре, он отмахнулся.
- Чепуха! - Хоть я теперь был его начальником, он не приучился держать себя с субординационной вежливостью. - Где-то, как-то!.. О любом неведомом явлении можно сказать, что вспоминаешь его вот так же… «струной, звенящей в тумане», как выразился в древности один писатель.
Ромеро начал с вопроса Орлану:
- Дорогой союзник, вы знали, что на Станции работают человекообразные?
- Только об одном знал - о самом Надсмотрщике. Его кандидатура была представлена Великому, тогда же мы и познакомились с Надсмотрщиком. до этого мы знали лишь, что он потомок пленных галактов, переделанный для работ особой секретности.
Ромеро обвел рукой работников Станции.
- А эти существа тоже потомки галактов?
- По-видимому, да. Точнее ответит Надсмотрщик.
Ромеро переадресовал вопрос Надсмотрщику.
- Все служащие Станции - потомки пленных, всех нас в свое время переконструировали, - разъяснил тот.
- Значит, между вами нет различий?
- Между нами огромное ранговое различие, определяющее нашу личную значительность. Одни могут быть воспроизведены путем сочетания разнополых индивидуумов, другие - нет. Вы уловили разницу?
- Кажется, да. Индивидуальное производство потомства путем сочетания разнополых существ в одну супружескую пару… Людям этот способ знаком. Вас можно воспроизвести этим методом?
- Ни в коем случае! - объявил он величественно. - Я существо высшей категории. Меня после первого рождения нужно отделывать до совершенства. Но те безмозглые, - он вывернул ручной шланг на своих подчиненных, - как родились на свет, так и были оставлены идиотами.
Я еле удержался, чтоб не прыснуть, Ромеро укоризненно скосил на меня глаза. Потупивших головы инженеров Станции явственно угнетало низкое рождение. Он был аристократом в их среде.
- Зачем вы, пленник, ругаете своих помощников безмозглыми? - спросил Ромеро.
- Я не ругаю, а квалифицирую, - ответил он равнодушно. - Их индивидуальные мозги вынуты и взамен вставлены датчики связи с Главным Мозгом Станции. У меня же мозг сохранен, чтоб я наблюдал за Главным Мозгом. Я - Надсмотрщик Первой Имперской категории.
- Главный Мозг Станции полностью подчиняется вам?
- Должен подчиняться. Иногда бывают аварии. Главный Мозг - плебейского естественного происхождения. Вынули у ребенка мозг, искусственно развили в питательной среде…
- Вы сказали - бывают аварии? Как это понять?
- Ну как! Авария как авария. Бывает и похуже аварии. Во время Большой войны с галактами дальний предшественник нынешнего Мозга взбунтовался - и галакты чуть не захватили Третью планету. С тех пор к каждому из шести Главных Мозгов приставляется Надсмотрщик аристократического конвейерного производства. Главный Мозг - мой раб. Если он выйдет из повиновения, я его уничтожу.
- Главный Мозг функционирует четко?
- Если бы функционировал четко, вас бы здесь не было. Высадка вашего звездолета не запрограммирована, тем более захват Станции.
- Почему же вы не уничтожили Мозг Станции?
- Неповиновения не было. Все мои приказы он выполнял. Я сам контролировал распоряжения, которые он отдавал исполнителям. Он оставался послушным до взрыва, когда я потерял с ним контакт.
- Фантомы создавались вами или им?
- Низменное умение создавать мне не по рангу. Надсмотрщики Первой Имперской категории приравнены к разрушителям Четвертого Имперского класса. Мне доверены все функции контроля и одна функция разрушения - уничтожения Главного Мозга Станции, если он выйдет из-под контроля.
Ромеро изредка изменял своему подчеркнутому спокойствию. И тогда он никому не казался вежливым.
- По-моему, с этим болваном больше беседовать не о чем, адмирал. В подвалах Станции имеются казематы, отлично подходящие ему по размеру. Я бы предложил пройти в помещение Главного Мозга Станции.
Я вскрикнул, едва переступил порог. Я предчувствовал, что меня ждет неожиданность, готовился к неожиданности, но когда неожиданность совершилась, у меня затряслись ноги.
Помещение, куда мы вошли, я посещал в моих снах.
