Я почувствовала облегчение от того, что у Хизер сегодня свидание за ланчем с Джесси, потому что в моей голове и сердце царит беспорядок, и мне нужно побыть одной, чтобы собраться с мыслями.
После долгого отмокания в ванне я иду на кухню, чтобы приготовить себе что-нибудь перекусить, вот только у меня совершенно нет аппетита, и я довольствуюсь клубничным йогуртом.
Еще светло, но я падаю в постель и смотрю на потолочный вентилятор надо мной. Острая боль пронзает мою грудь, когда я вспоминаю о событиях в своей жизни за последние пару месяцев. Такое чувство, будто мне на колени свалили гигантскую головоломку, и я остаюсь со всеми странными кусочками, которые, кажется, никогда никуда не подходят. Например, как Икс узнал, где я живу, еще до того, как я согласилась подписать его контракт? Откуда он узнал, где я работаю, хотя я никому не давала этой информации? У меня еще даже не было работы. Хизер тоже никогда не сомневалась в этом.
Потому что она уже знала.
Мои мысли возвращаются к выпускному, когда Хизер подошла ко мне и дала свой номер телефона. Кэннон был там, но где? После ссоры с Виктором именно я позвонила Хизер и пригласила ее встретиться и выпить, но кто оплатил наш счет в тот вечер? Это был Кэннон? Был ли он рядом, слушая наш разговор?
Кто заплатил за мой отель?
Именно Хизер предложила «Вуаль» и отвела меня туда. Была ли она вообще членом клуба, или за всем этим стоял Кэннон? Нравлюсь ли я вообще Хизер, или она притворяется моей подругой ради Кэннона? Как Дезире вписывается в это? Это она присылает розы? Или это Кэннон?
Дезире не кажется мне человеком, который ухаживает за женщиной от имени мужчины. А что насчет Виктора? Конечно, я ушла от него, но почему я чувствую, что он часть этого? Что он имел в виду, когда сказал:
Но настоящий вопрос в том, почему?
Похоже, Кэннон приложил немало усилий только для того, чтобы затащить меня в постель.
Не успеваю я оглянуться, как солнце уже взошло, и я еще больше зла, обижена и сбита с толку, чем была вчера. Мне нужны ответы, и единственный человек, который может мне их дать, это Кэннон, он же Икс.
ГЛАВА 22
Кэннон
Мой ангел стоит на коленях посреди кровати с опущенной головой. Попка, опирается на пятки, ладони лежат на бедрах. Интересно, преднамеренна ли ее идеальная поза покорности? Ее светлые волосы скручены в беспорядочный узел на макушке, несколько прядей свисают вниз и обрамляют ее лицо. Белая кожаная сбруя застегнута прямо под ее обнаженной грудью, а из-за плеч выглядывает пара маленьких кожаных ангельских крылышек.
От этого зрелища у меня слабеют колени.
— Ты была хорошей девочкой на этой неделе?
— Да, — обрывает она, и мне не хватает ее обычного хриплого ответа.
Наклонив голову, я пользуюсь моментом, чтобы внимательно изучить ее. Она кажется взволнованной. Мой взгляд опускается на ее руки, теперь сжатые в кулаки.
— Сегодня вечером в тебе что-то изменилось.
Она делает вдох через нос, и часть напряжения покидает ее тело.
— Это наша последняя ночь вместе, поэтому я решила принарядиться — объясняет она.
Поэтому ли она расстроена? Надеялась ли она, что я захочу провести с ней больше времени?
Я должен признать, что буду скучать по всему этому. Я подумывал о продлении контракта, но это никогда не предполагалось как долгосрочное. Она слишком привязалась к этой фантазии, и, хотя мне нравится поклоняться каждой частичке ее тела, пришло время двигаться дальше.
Взяв двумя пальцами ее за подбородок, я приподнимаю ее голову.
— Спасибо тебе, ангел. — Я наклоняюсь и прижимаюсь своими губами к ее губам. — Но я не это имел в виду.
— Что?
— Ты дрожишь, — замечаю я. — Тебе холодно?
— Нет. — Она издает горловой звук. — Кое-что произошло на этой неделе.
— О? — Может быть, я принял ее волнение за восторженность.
— Мой босс пригласил меня на свидание. Боже, Икс, этот человек… Он просто такой… — Она прерывает себя гримасой, прикусывая верхними зубами пухлую нижнюю губу. — Могу я поговорить с тобой об этом?
Почему я вдруг почувствовал ревность?
— Макайла, это твоя фантазия, здесь все для тебя. Если ты хочешь поговорить о мальчиках, пока я буду красить тебе ногти, то это то, что мы сделаем.
— Давай не будем сходить с ума. — Фыркает она, и я представляю, как она закатывает свои прекрасные голубые глазки. — И технически это должно быть твоей фантазией. Я твоя гостья.
— Моя фантазия поклоняться тебе.
Она на секунду замолкает, затем говорит:
— Могу я тебя кое о чем спросить?
— Ты можешь спрашивать меня о чем угодно. — Она открывает рот, но я быстро добавляю: — хотя я могу и не отвечать.
Ее полные губы изгибаются в сторону.
— Прекрасно, — говорит она, изображая раздражение. — Откуда ты знаешь мое имя?
Мои брови взлетают до линии роста волос. Я этого не ожидал.
— Это указано в контракте.
Технически, это не ложь. Я старался избегать ее, насколько это было возможно, с тех пор как она начала работать в моей компании. И пока мы здесь вместе, я говорю тихо, чуть громче шепота.
— Ой. — В ее голосе звучит разочарование.