С новым знакомым было удивительно легко и приятно говорить.
-- Не поверят, это точно - мы с директором школы вместе учились.
-- Тогда есть шанс, что не поверят, - согласилась Таня. - Но что вы тут делаете, в таком случае. Ученики, так понимаю, на маленьких детишек явно не тянут, сына или дочь вы не ждете, чтобы отвести за ручку домой. Хотя... Не отвечайте, - она сделала предупреждающий жест рукой, - я попробую сама догадаться. Вы все-таки кого-то ждёте. Может, у вас тут брат учится?
-- Не угадали, - засмеялся мужчина.
-- Ну тогда сестра, вы пришли узнать о её успехах.
-- Опять мимо.
-- Значит, ждёте невесту. Или жену, которая должна в скором времени рожать. Вы её бережно будете водить домой под ручку.
-- Это ваша фантазия зашла далеко. Ни невесты, а тем более жены у меня нет и не планировалось до встречи с вами.
-- А что вас тогда тут держит. Ах, да! Вы - друг директора.
-- Угадали. Вот обещал другу помочь в ремонте школы. Директор завода послал разведать фронт работ, узнать, что срочно надо сделать.
-- Так уже конец сентября. В школах обычно летом ремонт делают.
-- Ничего, мы и в сентябре поделаем. Стоит?
-- Стоит! - согласилась Таня. - Школа должна выглядеть опрятно и приятно. Создавайте комфорт.
Так слово за слово, прошёл первый урок. Таня и на другие уроки не пошла и ушла с новым знакомым. Тот даже забыл, что хотел просить перевести техническую статью учительницу английского. Так и носил журнал за собой весь вечер. Таня полистала его. Скучно. Одни чертежи. Но промолчала, что знает язык. Рано еще о себе рассказывать, решила она.
Однако завкадрами Тамара Степановна оказалась принципиальной бабой. Она выловила Таню на работе через день и пригрозила лишить премии. А это были хорошие деньги, особенно после школьных зарплат. И Татьяна пошла через день на уроки. Оказалось, она многое помнит со школьной скамьи. Училась-таки в своё время она в элитной специализированной школе. А интересно было оказаться по эту сторону баррикад. Глянуть глазами ученика на учителя. Вот добрая, интеллигентная учительница литературы, говорит с увлечением, рассказывает интересно, её приятно слушать. Но, хоть убей, не согласна Таня любить Обломова. Ей все-таки Штольц по душе больше. Но промолчала. Незачем привлекать к себе внимание. Математичка была строгая, ни разу не улыбнулась. Зато на уроке тихо-тихо. Все что-то решают. И Таня увлеклась. Заслужила скупую улыбку одобрения. А англичаночка молоденькая, упивается своими знаниями, щебечет, любит себя слушать, ей и дела нет, что её никто не понимает. Увидела новенькую, прицепилась с вопросами, да всё на английском, да на английском, прямо соловьём заливается. Знания свои демонстрирует. Ей невдомёк, что сидящая на последней парте ученица тоже владеет сим языком, ещё бы, с садика учила, спасибо мамусе. Да в школе потом, и с репетиторами второй язык, немецкий, осваивала, в институте и третий учила на всякий случай - французский. Но Таня сделала вид, что не понимает ничего. Уставилась на девчонку, дурочку из себя изображает, глазами хлоп-хлоп. Но когда девица обронила что-то насчёт несоответствия умственных способностей и красоты, то не удержалась, ответила тоже на хорошем английском, что быть красивой и умной все же лучше, чем просто умной, или, Таня выразительно посмотрела на молоденькую учительницу, просто красивой без ума. Девица, густо покраснев, поперхнулась. А Таня сделала невинный вид, сказав по-русски и обращаясь ко всему классу, который тут же заинтересованно уставился на новенькую:
-- Эта единственная фраза, которую я выучила в школе и могу сказать по-английски. Меня ей подружка научила. Вот только перевода не знаю до сих пор. Может нам Анна Петровна переведет?
И издевающе-мило улыбнулась. Учительница-девчонка ярко покраснела и сердито подумала:
-- А произношению тоже подружка тебя учила?
Но переводить не стала, и больше она никогда не демонстрировала свои знания.
Была в этот день и химия. Вела её старенькая усталая учительница. Таня сидела смирно, рисовала чёртиков в тетради. Класс не слушал старую женщину, громко не шумел из уважения к возрасту, но каждый был занят чем-то посторонним, и Татьяна неожиданно, против воли своей подумала:
-- Вот приду после неё, попляшите вы у меня!
После уроков она осталась и помогла уставшей Людмиле Борисовне все убрать, пошла проводить её.
-- Людмила Борисовна, - начала разговор Таня, - вы устаёте сильно?
-- Да, я не хотела больше работать, но школа без учителя. Вот вернутся директор завода и его заместитель по кадрам, найдут кого-нибудь. Может, на жильё кто-либо согласится. Правда, сначала в общежитии придется пожить.
Через неделю Людмила Борисовна попала в больницу с сердечным приступом и на работу больше не вышла. А химия на заводе играла не последнюю роль. На вернувшегося из командировки Сергея обрушился гнев директора.
-- Ты говорил, что привезёшь учителя. Где он? - выговаривал Чугунов.
-- Она, - поправил Сергей. - Это женщина.
-- Мне хоть оно. Но никого нет.
