По точкам он всегда ездил с парой костоломов, а еще несколько все время были на телефоне, так что ему стоило только позвонить и сказать нужное слово. Но постоянными его напарниками были Шайло, обычный бугай, и Бинкс – этот с оружием. Они всюду ходили за Джамилем, и это давало нужный эффект. Шайло напрочь отмороженный. Размером с автобус, а лицо у него как будто сделано из кусков разбитого стекла, которые склеили обратно, но получилось что-то не то, если вы меня понимаете. Не особо разговорчивый, но, чтобы что-то донести, слова ему не нужны. Второй, Бинкс, – полная противоположность, но даже хуже. Рот у него не закрывается. С виду он худой, но тот, кто примет его за слабака, сильно ошибется. Иногда казалось, что он стреляет по людям просто ради забавы. Если на него смотрели косо, ему ничего не стоило вытащить пистолет. Может, даже «Байкал», а?
Извините. Шутка так себе, знаю. Мне это сложно дается, ведь вы все на меня смотрите.
Короче, хотя тогда я этого и не знал, примерно в то время, когда Киру увезли на север, Джамиль и его парни стали банчить там по серьезке. Просто так совпало. Случись это месяцем раньше, может, ничего бы и не было. Я хочу сказать, может, он до сих пор был бы жив. Мой адвокат как раз не хотел, чтобы я об этом рассказывал, потому что я-то знаю, что случилось с Джамилем, но я его не убивал. Он такой: так нельзя, тебе нельзя это рассказывать, даже если это правда. Но я же должен, разве нет? Чтобы вы увидели все, что я видел, и прожили то, что прожил я, так?
Короче, Джамиль появился на севере и стал банчить наркотой, как на распродаже. Это было дерзко, потому что чуваки на севере, как и на юге, не рады, когда лезут на их территорию. И скоро он попал в поле зрения Пушек.
Они уже слышали, что кто-то торгует на их территории, но точно еще не знали, что это за чуваки. Обычно, когда скользкий – ну, член другой банды, я уже говорил – лезет на чужой участок, об этом тут же кричат на каждом углу. Суету наводят. Рисуют по всей улице граффити. Хотят, чтобы их заметили, чтобы все знали, кто они. Для таких банд репутация – это все. Но Джамиль был не такой. Он, как я уже говорил, был умный. Если он залезал в чужой район, он не рассказывал, кто он и откуда. Если кто-то, кому он толкал крэк, думал, что он просто рядовой из Пушек, он не разуверял. Но почти никто не спрашивал, а он не говорил; покупателям просто нужна доза. На самом деле, половина тех, кому он продавал, могли бы поклясться, что Джамиль из Пушек. Спросите их, если хотите, ну или пусть полиция спросит. Джамилю было по фиг. Если бы это помогло ему продать больше крэка, он бы сказал, что он из «Бладс» или «Крипс»[9].
Пушки его тогда не волновали, потому что он обрабатывал самые незаметные точки. Заезжал в глухие притоны, где другие дилеры не бывали. Как и на юге, он ездил по школам. По колледжам. И потом, когда обстановка совсем накалялась, возвращался к себе на юг и снова торговал там, пока жара не спадет. Так что в тот день, когда я его встретил, мне не стоило удивляться, что он знает про Киру. У этого засранца везде были уши.
После той встречи я пришел домой и некоторое время просто сидел на кровати, прокручивая всю херню в голове. Похоже, все серьезно. Я размышлял вот как. Если вдруг Пушки поймают Джамиля и начнут угрожать, ему стоит только упомянуть Киру. «Я знаю где та сучка Кира, которая вас вокруг пальца обвела. Я скажу, если отпустите», – и так далее. Тогда не пройдет и секунды, как их ребята высадят нам двери. Им даже причин особенно не потребуется. Скорее всего, они бы так и сделали с одних его слов, просто чтобы сравнять счет после того, как Джамиль залез на их территорию. Если ты приходишь на север, мы придем на юг. Хватит даже пустякового повода.
Все это поварилось в моей голове несколько часов, и у меня появились зачатки плана. И нет, если хотите знать, план был не в том, чтобы прострелить Джамилю голову.
Обеденный перерыв: 13:05
Мне в любом случае нужно было увидеться со Спуксом, ведь я обещал Кире убедиться, что с ним все нормально. Я знал, что организовать это можно быстро, потому что его почти никто не навещал. Кира его любит, но она никогда бы не пошла к нему в тюрьму, зная, что он проведет там еще несколько лет. Не, она, пожалуй, слишком любила брата, чтобы видеть его там. А почему она его любила – попробуй, блин, пойми.
Правда, как оказалось, Спукс не горел желанием делать ради меня заявку на разрешение посещения, но остатки совести у него еще имелись, и она, пока он был в завязке, потихоньку крепла. Он знал, что Киру забрали сразу, как только он ее сдал. Мучился он из-за этого невыразимо, но пока ему удавалось убедить всех, кто спрашивал, что он понятия не имеет, где она. У Пушек личных интересов в этом деле не было. Они просто не могли позволить, чтобы все выглядело так, будто Киру у них увели, к тому же она могла их сдать, поэтому они так хотели ее разыскать.
