Джеку было противно врать. Он ненавидел себя за то, что, как глупый мальчишка, безоглядно увлекся Тэрин. Проклинал тот день, когда познакомился с ней. Презирал себя за то, что не смог повести себя достойно. За то, что не стал мужем, которого достойна Мэгги. Когда он в прошлый раз сидел в этом кресле, его обвиняли в том, что он защищал вымышленного учителя, который закрутил роман с вымышленной студенткой. Это было как превью предстоящего аттракциона. Его жизнь имитировала искусство во всем его глупом и трагическом великолепии.
– Что ж, тогда до появления новых свидетельств будем считать этот вопрос закрытым, – сказала доктор Сакко. – И простите за доставленные неудобства.
До появления новых свидетельств.
То есть она за ним наблюдала. А значит, на его репутацию упала тень и он всегда должен быть начеку.
Джек встал, собираясь уйти, но возле двери все-таки задержался.
– Вы сказали, что звонок был анонимным. Но она ведь могла чем-то случайно выдать себя?
Элизабет Сакко прищурилась, и Джек тут же пожалел, что задал ей этот вопрос.
– А почему вас это интересует?
– Если уж меня обвиняют в чем-то настолько серьезном, я бы хотел иметь хотя бы отдаленное представление о том, кто это делает.
– Ну, одно могу сказать точно, звонила не девушка, а молодой человек.
– Молодой человек? – изумился Джек.
– Да.
И Джек сразу понял, кто это был. Коди Этвуд, парень, который повсюду хвостом ходил за Тэрин. Он явно был в нее влюблен, можно даже сказать, поклонялся ей. Друзей, похоже, у Коди не было, так что Тэрин была для него как яркое солнце, а он вращался вокруг нее.
Это Тэрин подбила его позвонить Элизабет Сакко.
Какие еще орудия пыток она для него припасла?
Это стало напоминать паранойю. Когда Джек на следующий день шел по кампусу, у него было такое чувство, будто все окружающие знают его секрет. Как будто у него на лбу вырезана алая буква «А». Эстер Принн[19], знакомьтесь, это Джек Дориан.
Каждый раз, входя в аудиторию на свой семинар, Джек слышал гул голосов и отдельные приветствия студентов. Но в то утро его встретила странная и даже вызывающая опасения тишина. Стул, на котором обычно сидела Тэрин, был не занят, ее место словно бы превратилось в черную дыру, которая всасывает в себя весь свет. А вот Коди пришел на занятия и, когда Джек посмотрел на него, не выдержал и отвел взгляд в сторону.
Понятно – это он звонил в офис Элизабет Сакко. Сукин сын. Уже распустил слух в группе? Поэтому они все на него уставились?
Студенты не должны были увидеть, что он раздражен и даже напуган.
– Доброе утро, – поздоровался Джек.
Он твердо решил, что проведет занятие, как обычно, хотя тревога, словно крыса, методично грызла его изнутри.
Ну хоть с Тэрин общаться не придется.
Джек надеялся, что она бросила его курс, чтобы избежать сомнительного удовольствия – смотреть друг на друга через стол все последние недели семинара. Может, петля у него на шее чуть ослабла и теперь он вздохнет немного свободнее?
Но надежды Джека не оправдались. Днем, когда он сидел в «Данкин донатс» в Шиллман-холле, петля у него на шее затянулась еще туже.
Джек пил кофе и просматривал свои заметки, касающиеся «Людского пятна» для курса «Современный американский роман», а когда поднял голову, то увидел Тэрин. Она надвигалась на него, как ястреб пикирует на свою жертву. В этот день Тэрин была в черном – цвет фатума, – а ее лицо было спокойным и неподвижным, словно высеченное из гранита. Не говоря ни слова, она со скрипом придвинула стул к его столику.
– Тэрин, а я как раз думал, почему ты не пришла на занятия… – начал Джек.
– Говорить буду я, – перебила его Тэрин. – А ты будешь слушать.
Она села и подалась вперед: ни дать ни взять приготовилась к атаке.
Джек с опаской глянул на студентов, которые сидели за столиками поблизости, но, похоже, появление Тэрин не привлекло их внимания. Они продолжали болтать и даже не подозревали, что всего в нескольких футах от них разворачивается довольно неприятная сцена.
– Может, выйдем на улицу? – предложил Джек.
– Нет. Поговорим здесь.
– Хорошо, но тогда не могла бы ты успокоиться? Давай обойдемся без прилюдных сцен.
– Прилюдные сцены – это не про меня, Джек. Я все обдумала и, уж поверь, чувствую себя куда спокойнее, чем ты.
Джек еще раз быстро оглядел кофейню и тихо спросил:
– Что тебе надо? Просто скажи, чего ты от меня хочешь?
– Давай я выложу все по порядку. Во-первых, я не вернусь на твой семинар. Понимаю, для тебя это большое облегчение, но вот тебе сюрприз – я не схожу с дистанции. О нет, я пойду до конца. Во-вторых, ты поставишь мне высший балл, потому что я этого достойна. Достойна как студентка, но, кроме этого, ты должен мне за всю ту боль, которую причинил. В-третьих, ты потянешь за все ниточки, до которых можешь дотянуться, и дашь мне то, чего я хочу. Для начала я хочу получить должность ассистента кафедры, и ты напишешь мне рекомендацию, достойную пера Элоизы д’Аржантей. А если не напишешь, я пойду прямиком к Элизабет Сакко и расскажу ей о том, как ты задурил мне голову.
– Тут твое слово против моего, Тэрин. Как ты докажешь…
