Ничего не подозревающий Ержан возвращается из экспедиции в город, охваченный зомби-апокалипсисом. Правила игры изменились, и, когда жизнь ставит его перед трудным выбором, он должен решить, что для него важнее…
До канатной дороги на Талгарском перевале Ержан доковылял к полудню. Погода безнадежно портилась, как молоко, оставленное на жарком солнце.
Правую ногу биолог подвернул незадолго до конца пути. Чертовски обидно, знаете ли. Два с половиной месяца прошляться по все ущельям Заилийского Алатау, прыгать по острым скалам, как горный козел и не получить ни царапинки. И вот, после окончания экспедиции, в двух шагах от благ цивилизации, повредить ступню!
— Ладно, хорошо, что не сломал ногу, — бормотал Ержан, пробуя найти утешение в позитивном мышлении.
Но подойдя к канатке, он увидел, что стойкость его оптимизма подвергается новому, куда более тяжкому испытанию.
Канатная дорога была неподвижна. Видимо, сегодня профилактика.
На выездной платформе ни души. Все сотрудники наверняка уехали вниз на базу и сейчас пьют горячий кофе с вкусными кексами.
Проклиная веселый день, хромец поправил тяжелый двадцатикилограмовый рюкзак за плечами, и стал спускаться к Чимбулаку, припадая на бракованную ногу.
Вдобавок ко всем неприятностям, завыл пронзительный ветер, суетливый дождик стал накрапывать по засаленной кепке.
— Ладно, хорошо, что сейчас не зима, — постарался успокоиться Ержан.
Действительно, на дворе стоял конец августа. С начала лета кандидат биологических наук Жакупов Ержан поднялся в горы для изучения условий обитания узорчатого полоза. Забрался подальше от людей, наслаждался одиночеством, благо, припасов хватало. Под конец жаркой поры года, бородатый и загорелый, засобирался домой.
Путь до Чимбулака с покалеченной ногой занял большую половину дня. Поздно вечером, в сумерках, с опухшей конечностью, любитель природы ступил на территорию горнолыжной базы. Канатная дорога до Медео, конечно же, тоже не работала.
Решив испить чашу бедствий сполна и поскорее добраться до дома, Ержан решил не останавливаться на погруженном в темноту Чимбулаке, а пешком спуститься до Медео.
Когда он проходил мимо открытого паркинга для машин, оттуда слышалось недовольное урчание и сдавленный хрип, как будто кого-то душили. В темноте подробностей разглядеть не удалось. Видимо, дикие собаки устроили вечеринку.
До Медео удалось дойти через три часа. Дождь, к счастью, прекратился еще вечером, на подходе к Чимбулаку. Луна скрывалась за облаками. Дорога, обычно ярко освещенная фонарями, была темна и пустынна.
Высокогорный каток тоже застыл в черном безмолвии. Электрики устроили забастовку, устало подумал Ержан. Добрался до своей Тойоты, оставленной на парковке по договоренности с администрацией Медео. Вытащил из дальнего отдела рюкзака ключи, открыл дверь, закинул рюкзак на заднее сиденье. Собрался было сесть за руль, чтобы открыть капот и соединить клеммы аккумулятора, как вдруг услышал неподалеку протяжное рычание.
Только сейчас он обратил внимание на странную безлюдность окружающей местности. Ведь сейчас август, золотое время года, когда в любое время суток алматинцы и гости столицы хоть на часок выбираются в горы. Сегодня вроде бы рабочий день, а не выходные, но даже в такие дни здесь всегда полно народу. Куда все, мать их, подевались? И почему Медео погружено в темноту?
Рычание раздалось гораздо ближе. Какой-то человек, шатаясь, приближался к биологу в темноте. Это он, что ли, издает эти странные звуки?
Ержан пошарил на заднем сиденье и вытащил из рюкзака фонарь. Здоровенный такой фонарь, заказанный в Штатах, длиной около тридцати сантиметров, сделан из тяжелого металла.
Щелкнул кнопкой и навел вспыхнувший мощный луч на шаркающего незнакомца. И в следующий миг заорал от ужаса:
— Что за херня? Ты кто такой, придурок?
Приближающаяся тварь не должна была передвигаться самостоятельно по всем законам биологии. Потому что она гнила заживо. Вся голова изъедена трупными пятнами и лохмотья кожи свешивались с черепа. Зубы почти полностью обнажены. Один глаз отсутствовал. Руки и ноги истощены до крайности. Одежда изорвана в клочья.
На слепящий луч света живой труп никак не отреагировал. Протянул высохшие ветви рук к Ержану, словно стремясь обнять в честь неожиданной встречи. И ускорил шаг, издавая то самое, знакомое урчание.
От леденящего страха натуралист чуть было не выронил фонарь. И только потом, повинуясь инстинкту, быстро замахнулся и ударил подошедшее чудище по голове.
Череп незнакомца как будто лопнул. Он без звука повалился на землю, распространяя вокруг тошнотворный аромат тления.
Ержан посветил на противника еще раз. Неужели он убил человека? Если ориентироваться по запаху, то незнакомец уже давно не жилец. Но как он мог передвигаться?
Лихорадочные размышления были прерваны другим урчанием. Судя по звукам, их издавало несколько человек. И все они тоже направлялись к Ержану.
Нужно было срочно действовать.
Забыв про усталость, про нестерпимую боль в ноге, исследователь животного мира мгновенно открыл капот и подсоединил провода аккумулятора. Захлопнул капот с громким стуком, эхом отозвавшимся по окрестным горам.
Нырнул за руль, закрыв дверь.
Повернул ключ зажигания, молясь о том, чтобы машина завелась.
Радостно вскрикнул при виде лампочек, ярко вспыхнувших на приборной доске.
