— Мы можем все погибнуть. У друидов такие ресурсы, что наши возможности перед ними просто меркнут. К тому же мы больше не сможем использовать фактор неожиданности. Если они схватили Эстайоса или кого-то из его людей, что весьма вероятно, значит, они знают кто мы и на что способны. Они будут готовы дать нам отпор. Ты этого хочешь? Хочешь, чтобы друиды всех нас перебили?
— Я хочу, чтобы свершилось правосудие. Я хочу, чтобы больше не умирали невинные люди ради жажды власти кучки безумцев. Я пытаюсь…
— Ты пытаешься убить себя, — с горечью оборвала Сэма Кэтрин.
— Я не хочу умирать, Кэтрин. Но и не могу допустить, чтобы друиды продолжили делать то, что делают.
— Оно того не стоит, Сэм.
Харт закончила собирать «Крусадер». Сэм услышал тихий щелчок пластика, когда Кэтрин вставила магазин. Он взял Харт за плечи, но эльфийка отвернулась и передернула затвор. Все было сделано и больше ей нечем отвлечься. Только тогда эльфийка посмотрела в глаза Вернера.
— Ты просишь меня бросить все и убежать, Кэтрин?
— Ты пойдешь со мной?
— Ты знаешь мой ответ.
— Да, знаю.
Сэм почувствовал, как эльфийка напряглась и, посмотрев вниз, увидел ствол пистолета, направленный в его живот.
— Мне очень жаль, Сэм, — сказала Харт, нажимая на курок.
С яростью, Сэм бросился в сторону и почувствовал, как пуля прошла сквозь длинное пальто. Чувствуя запах пороха, он перепрыгнул через коробку управления климат-контролем, приземлился на крышу, что расположилась чуть ниже уровнем, и побежал в сторону навеса, под которым рассчитывал найти укрытие. Оттуда уже можно выбраться к людям. Второй выстрел Харт попал в колонну, поддерживающую навес. Острые кирпичные обломки впились в щеку. Сэм бросился вперед и вниз, надеясь, что этот маневр собьет эльфийке прицел и у него будет возможность уйти с линии огня. Но то была тщетная надежда. Следующая пуля впилась в плечо. Сэма развернуло, и он упал. Кровь из плеча смешалась с той, что капала из щеки. Вернер попытался подняться, но вмиг ослабевшие руки отказались подчиняться, и Сэм окончательно рухнул навзничь. Раненная рука онемела, тем не менее он сумел перевернуться на спину. В этот момент Кэтрин догнала его, держа пистолет наготове. Взгляд ее был грустным, но челюсти решительно сжаты, в решимости доделать дело.
Почувствовав себя преданным, Сэм потерял сознание.
Дребезжащий голос лешего действовал Кэтрин на нервы. Она старалась сдерживаться, но этот неопрятный гуманоид только еще больше действовал на нервы. Впрочем, Кэтрин не любила обитающих в Шайд гуманоидов в любом их состоянии. Их самих и то, как они пахнут. Тем не менее, этот путь был лучшим, чтобы провезти каталку с лежащим на ней телом Вернера. Хоть оно и скрыто куском брезента, простым обитателям двора не стоило знать, что находится под ним. Это породило бы сплетни. Леший, само собой, проговорится, но вряд ли кто-то из придворных обратит внимание на его беспрерывное и бессвязное бормотание.
С тех пор, как Кэтрин вернулась в Ирландию, ей пока удавалось избегать чрезмерного внимания. Бамбату организовал пустую площадку для прибытия и, наверняка, приложил руку к организации маршрута, чтобы коридоры были пусты, без лишних, любопытных глаз. Парочка придворных, все же встретились Кэтрин, но они были слишком заняты своими делами, чтобы обратить внимание на каталку и то, что на ней везли. Или испугались холодного взгляда Харт, не обещавшего ничего хорошего. Одним словом, никто не мешал Кэтрин идти вперед.
Место, куда пришла Кэтрин, оказалось одним и множества открытых полянок в мрачной части леса, что занимал изрядную половину дворца леди Ди. Мягкий, из ниоткуда льющийся свет, освещал круг чуть больше трех метров в диаметре. Остальное пространство тонуло во мраке. Вместо пола — земля, покрытая низкой травой, над головой, Харт это чувствовала, переплелись ветви деревьев, хотя она и не смогла увидеть их в темноте.
Прямоугольная дверь, через которую она вошла на поляну, исчезла сразу, как только Кэтрин переступила порог. Харт вошла в освещенный круг и остановилась на противоположной границе света и мрака. Леший почти бросил каталку, не заботясь, остановилась она или нет, не успела Кэтрин приказать ему остановиться. Как школьник, освобожденный от уроков, он засмеялся и тут же рванул во мрак.
Стало тихо. Леший даже не воспользовался дверью, чтобы уйти. Кэтрин подозревала, что он и так найдет дорогу в непроглядной даже для эльфийского зрения темноте.
Наконец, наступила полная тишина и Кэтрин смогла немного успокоиться. Впрочем, прошло не так много времени, как она увидела еще одну открывшуюся дверь, в которой появился силуэт эльфийки. Освещение с той стороны дверного проема подсвечивал стройную фигуру, виднеющуюся сквозь прозрачное платье. Кэтрин почувствовала укол зависти, смотря на это совершенство линий и формы. В этом дворе можно наложить на себя заклятье любого образа, но леди Брейн Ди не пользовалась колдовством, чтобы улучшить свою внешность.
