Я приметил одинокую полную восемнадцатилетнюю девушку. Она сидела за накрытым на шесть персон столом с огромным букетом роз посередине. Я пересел к ней. Когда заговорил, девушка расплакалась. Выяснилось, она родилась в Новогоднюю ночь, пригласили на день рождения подруг, и никто не пришел. Все приглашенные, как сговорившись, решили отмечать Новый год в другом месте. Она им звонила, звонила… Мы пересели к девушке. Юра закатывал синие глаза; выпив водки, фыркал в пшеничные усы. Девушка предпочла меня. Втроем мы и встретили Новый год.
Около четырех утра появился известный хулиган водолаз Лимон. Щелчком кулака он сбивал с
21
углов столов небрежно поставленные у прохода пустые бутылки водки. Мы предпочли ретироваться. Я увел именинницу. Юрка снял очередную заводскую шлюшку. Он забыл о Ленке. И она – о нем. Лена встречала Новый год в иной компании.
Я привел девушку к себе. Уже не девственница. Парень обманул и бросил. Чувственность еще не разбужена. Анатомическая особенность – искривление влагалища. Сунешь: член изгибается и уходит куда-то в сторону. Ощущения необычные, поэтому трудно кончить. Я показал девушке пару поз. Прижал спиной к животу. Поднял, раскинув ноги, чтобы она увидела свое “богатство” в зеркале над столом. Она хотела учиться, но я не хотел учить, не желал передавать опыт “учительницы”. Будь она проклята! С кем встречает Новый год? Она стыдилась ввести меня в свой круг, как стыдился покойный муж психолога – казашки. Любим, а стыдимся показать. Любим постыдное.
Едва отвязавшись от порядочной девушки, проводив до остановки, я встретил у дома
помятого Юру. Он привел растрепанную заводскую. Взяли вина, похмелились. Бабка уехала в гости к родне. Я пользовался домом на полном ее доверии, собирая даже квартплату. Бабка отсутствовала почти полгода. Я мог развернуться по усмотрению. Пользуясь случаем, утром первого января мы гудели напропалую. Заводская и меня заразила мандавошками… Весь январь пьянь сменяла пьянь.
Меня отстранили от участия в международном студенческом семинаре по психиатрии за реферат, защищавший эвтаназию и оправдывающий суицид по соматическим страданиям.
17
Утром Рождества я побежал на Волгу купаться. Дорога пролегала мимо ресторана “Острава”. Оттуда в седьмом часу вываливали разгоряченные пьяные толпы. Некоторые не замечали меня, другие смотрели почти с осуждением. Две курившие тетки воскликнули унисоном: “Встречаются же такие!” Я добежал до Волги. Вода далеко замерзла, и моржи пробили большую прорубь. Я прыгнул головой вниз. Почувствовал, как мороз сковывает члены. Выполнил несколько энергичных гребков. Развернувшись, я подплыл к краю проруби. Оперся двумя руками, чтобы выскочить на лед. От предыдущих более ранних купальщиков лед намок, сделался склизким. Я больно ударился грудью о лед и скатился в воду. Мороз сковывал. Край проруби в сторону фарватера засыпали сколотым и вытащенным из проруби льдом. Дна я нигде не чувствовал. Руки и ноги деревенели. Я вернулся к краю проруби в сторону берегу. Положение становилось отчаянным. Вторая попытка выскочить на лед не увенчалась успехом. Я снова соскользнул в ледяную воду. На мое счастье я различил в темноте копошащиеся фигуры. Два моржа, искупавшиеся прежде меня, одевались в темноте. Стараясь скрыть панику, я, напитав голос остатком иронии, позвал на помощь. Четыре руки выволокли меня на мокрый лед под черное небо с полосами несшийся в лицо пурги. Короткая зарядка – несколько энергичных движений – и, надев на невысохшее тело одежду (полотенце не бралось для закаливания), и я бегу домой. “Острава” опустела.
На следующий вечер я вытягиваю туда Юру. Мы хлещем коктейли в баре. Я обрит на лысо в знак вызова обществу и печали. На мне джинсы и сорочка из цветастого шифона. Я сорю деньгами. Отвязная фертильная барменша, белые волосы, черная жакетка и лосины, блузка – беж, остановила музыку в микрофон высказала публичное сожаление, что
22
недоеденной котлетой по-киевски. Мы прыгнули в танец. Активный съем. Перемена нескольких партнерш, и никакого результата. Отказ за отказом. Мы с Юрой не признавали встреч на перспективу. Сегодня знакомство, сегодня и постель. Удрученные мы спустились вниз. Внимание привлекла опитая юница у гардероба. И, хотя швейцар обеспечивал нас подсобкой для ведер и швабр, где можно перепихнуться стоя, девица не подошла. Она пила крепленное вино из горла, но зажигала с компанией. Попробовать оторвать – нарваться на драку. Да и она не пойдет после кипиша. Юра отвалил к Ленке. Славно, если богат запасным аэродромом. Я набрал номер Надежды, и она неожиданно отозвалась. Приезжай.
