— Джи… — Он шокированно вытаращил глаза. Габриэль был одет… в платье. В сарафан на бретельках. В его волосах был розовый ободок, а на лице — тут Райлан ахнул — девичий макияж. Тени с блестками и темная тушь.
Он быстро сел рядом.
— Джи, что случилось?
Габриэль, часто моргая, отвернулся к окну.
— Мои родители — вот что, — наконец выдавил он. — И их церковь. Молились надо мной все воскресенье. Прогоняли, так сказать, дьявола, который «сбил меня с истинного пути».
— О нет, — выдохнул Райлан.
— А после молитвы сказали, что отныне мне можно носить только… такое. — Он с отвращением приподнял подол платья. — Выбросили все мои вещи. Заставили накрасить лицо. Сказали, это все «ради моего же блага». — Его горло сдавило от слез. — Заставили поститься два дня.
Райлан пришел в ужас.
— Поститься? То есть, тебе два дня не давали еды?
Габриэль покачал головой.
— Только воду.
— Но какого хрена, черт побери?
— Они верят, что пост приближает к Богу, что, не отвлекаясь на мирские вещи, вроде еды, ты лучше слышишь его, когда он к тебе обращается.
— И говорит, что ты должен быть девушкой. — Райлан сжал кулаки.
— Да. Мама сказала, что Господь не совершает ошибок. Что я девушка. А женские вещи помогут мне чувствовать себя ею. Типа, носи платье — и все, проблема решена.
От потрясения Райлан не знал, что сказать, и какое-то время они ехали молча. До него долетал голос Скотта, смех и возбужденная болтовня остальных отдавались звоном в ушах.
— Мы что-нибудь придумаем, Джи, — поклялся Райлан. — Ты не будешь ходить в этом чертовом платье.
— Но они выбросили всю остальное, — несчастно проговорил Габриэль. — Потом обыскали рюкзак, проверили, что я ничего там не спрятал, чтобы переодеться. И пообещали обыскивать каждый день — «до тех пор, пока я не образумлюсь».
Автобус затормозил. Они встали, без приключений дошли до дверей и спустились на тротуар. Никто их не трогал. Видимо, гомофобных засранцев сдерживало присутствие Скотта. Райлан был благодарен ему — он знал, по какой причине его сводный брат выбрал сегодня автобус.
— Все образуется, Джи. Честное слово. — Он потрепал товарища по плечу, и тот, опустив голову, поплелся в сторону школы. В каждом его шаге сквозило унижение и обреченность.
— Чего это Грейси вдруг пришла в платье? Ну и видок у нее, — раздался позади голос Скотта, и Райлан вздрогнул.
— Родители заставили его, — брякнул он, не подумав, и зажмурился в ужасе, когда брови Скотта поднялись чуть ли не до кромки волос. Черт.
— Его?
Райлан расправил плечи. Ладно, была не была.
— Да, его. — Он бросил на Скотта вызывающий взгляд. — Джи не девушка. — Он ожидал, что Скотт скептически или презрительно фыркнет, но тот лишь мельком глянул на Габриэля и снова повернулся к нему.
— Ясно, — сказал Скотт в итоге. — Ну, раз он говорит, что он парень, то ему, полагаю, виднее, чем всем остальным.
Райлан выдохнул. Он только теперь осознал, что пару секунд не дышал.
— Именно. А родители заставили его голодать, чтобы он лучше слышал, как Господь говорит ему, что он девушка.
— Полный идиотизм. И еще нацепили на него платье?
Когда Райлан рассказал ему обо всем, то Скотт тотчас размашистым шагом направился за Габриэлем. Райлан на секунду впал в шок, а потом, лавируя сквозь толпу, поспешил вслед за ним.
Он догнал их как раз в тот момент, когда Скотт вытащил из рюкзака пару спортивных штанов и футболку.
— Вот, — хмуро произнес он, протянув все это ошарашенному Габриэлю. — Это платье выглядит на тебе дико странно, и ты не должен носить его.
— Что… — Габриэль, весь в смятении, не двинулся с места.
— Джи, извини, — подбежав к ним, выпалил Райлан. — Я проболтался. Случайно. Но Скотт не станет тебя осуждать или смеяться, — прибавил он торопливо. — Честное слово.
— Конечно, не стану. — Скотт хмыкнул. — С чего бы? Меня самого всю жизнь осуждали безо всяких причин. Парни не носят платья, если только им самим так не хочется, а тебе явно не хочется, так что возьми. — Он сделал нетерпеливый жест. — Ну, ты берешь или нет? Мне пора на урок.
Габриэль несколько нерешительно взял его вещи.
— Они тебе не нужны?
— Не, у меня есть для физры другие шорты и майка. Не волнуйся. Мы с Райланом можем каждый день приносить тебе что-нибудь, чтобы не пришлось ходить в этом странном наряде. — И он, кивнув, быстро ушел, оставив Райлана и Габриэля смотреть себе вслед с раскрытыми ртами.
— Мда. — Габриэль опустил взгляд на стопку вещей. — Это было… неожиданно.
— Не то слово.
У Райлана сжалось горло от нежности, пока он смотрел, как Скотт движется сквозь толпу, отвечая на приветствия со всех сторон и сверкая своей сокрушительной, как торнадо, усмешкой.
— Я в них утону, ну да какая разница. — Габриэль тоже теперь улыбался. — По-моему, ничего более милого для меня еще в жизни не делали. Может, в итоге я и не стану отбивать его женщину, — пошутил он, и Райлан расхохотался.
— Иди переоденься, красавчик. И сотри с лица эту дрянь. Увидимся за обедом.
После школы они вместе поехали к Райлану, чтобы Габриэль мог снова переодеться до дома.
