– Прости, Лиля. Это точно не то, как я планировал наше первое свидание, – сокрушенно произносит он.
– А это было свидание? – едва дыша, спрашиваю я.
– Жалкая попытка.
– Это было отлично, – говорю я, стараясь убедить его в том, что, даже несмотря на боль в ноге, я провела едва ли не лучший вечер за последние полгода. – Я так давно не играла. Обычно с папой, но в последнее время ему было не до меня.
Какое-то время мы молчим, слушая низкое урчание мотора и собственные мысли, потом Алекс спрашивает:
– Что бы ты хотела на ужин?
– Я не одета для похода куда-либо, – растерянно бормочу я.
– Не беспокойся об этом.
– Может быть, китайскую еду? Или роллы? – предлагаю я осторожно, вспоминая, что действительно с обеда ничего не ела, а сейчас часы показывают начало десятого.
Алекс берет телефон и, дождавшись ответа на проводе, диктует заказ.
– Двадцать минут? Я сам заберу.
Отложив телефон, он разворачивается ко мне всем телом.
– Не против поесть у меня?
Боясь, что в этой тишине он услышит громкий стук моего сердца, я предпринимаю героические попытки сдержать дыхание.
– Н – нет…
Получив мой ответ, Алекс удовлетворенно кивает и выруливает с парковки. Мы останавливаемся через двадцать минут возле ресторана с вывеской, испещренной иероглифами. Мой спутник заходит внутрь и вскоре возвращается с фирменными пакетами.
– Я сама дойду, ладно? – говорю я, когда мы оказываемся в уже знакомом мне дворе. – Все нормально. Хватит меня носить.
– Ладно, – с вялой улыбкой соглашается он. – Обопрись на меня.
Поддерживаемая Алексом, я ковыляю вместе с ним к подъезду.
Дома он сразу отправляет меня в ванную мыть руки, а потом усаживает на диван в гостиной и подает пульт.
– Можешь выбрать кино на свой вкус.
Расположившись перед телевизором, я нервно перебираю каналы. С Алексом все происходит так стремительно, что я совершенно не знаю, чего ожидать от него в следующую минуту. Могла ли я представить утром, регистрируясь на сайте знакомств, что день для меня действительно закончится свиданием? И не с кем-нибудь, а с Александром Ди Анджело!
Несмотря на мою скованность, ужин за просмотром семейной комедии проходит в непринужденной атмосфере. И когда на экране появляются титры, я чувствую разочарование. Давно не чувствовала себя так хорошо.
– Мне пора, – говорю я тихо.
– Завтра выходной. Останься.
От предложения Алекса к моим щекам приливает кровь.
– У меня завтра есть пары. Я… Не думаю, что это хорошая идея, – бормочу я, хотя внутри у меня все кричит о том, что ночь с Алексом куда предпочтительнее бессонницы в пустом доме.
– Я обещаю, что не прикоснусь к тебе.
Я сглатываю.
– Я и не думала… – смущенно отвожу глаза. – Я поеду, Алекс.
Он легко поднимается на ноги и протягивает мне руку:
– Я отвезу тебя.
– Не нужно. Я бы не хотела, чтобы брат увидел.
– Веришь, мне наплевать на мнение твоего брата, – равнодушно бросает Алекс.
– А мне нет, – напоминаю я. – Не хочу скандалов.
Но Алекс остается непреклонным, и в конце концов я сдаюсь, посылая запрос в космос с просьбой в этот полуночный час задержать Кирилла подальше от дома.
– Как твоя нога? – спрашивает Алекс, когда мы сворачиваем на мою улицу.
– Нормально. Пожалуйста, не провожай меня.
Я вижу, что он хочет возразить и ему совсем не нравится скрываться, но умоляющее выражение на моем лице делает свое дело, и он нехотя соглашается. Правда, это не останавливает его от того, чтобы выйти из машины и помочь мне выбраться.
Мы мнемся, стоя друг напротив друга. Между нами едва ли осталось тридцать свободных сантиметров, и в другой ситуации я была бы уверена, что мой спутник меня поцелует. Но это Алекс. С ним я ни в чем не уверена. Он смотрит на мой рот, отчего мне хочется облизать губы, поднимает руку и проводит по ним большим пальцем, вызывая в губах пульсацию. Никогда прежде я не испытывала такой острой потребности в прикосновениях мужчины. Как загипнотизированная, смотрю на него, но он уже убирает руку и отстраняется.
– Иди, cara.
Звук отъезжающей машины я слышу только после того, как за мной закрывается входная дверь.
Следующим утром я просыпаюсь раньше будильника с ноющей болью в ноге, от которой, кажется, нет спасения. Прихрамывая, топаю к рюкзаку, накануне брошенному у двери в спальню, достаю из него бутылку воды и блистер с болеутоляющим средством, которое купил мне Алекс по рецепту врача.
Проглотив двухцветную капсулу и щедро запив ее, ковыляю обратно к кровати и обессиленно падаю на подушки. Идти в таком состоянии в университет кажется мне очевидной глупостью, поэтому я отправляю Ане сообщение, что не появлюсь на парах, и решительно отключаю на телефоне звук. Больным полезно спать – этим я и займусь, тем более всегда есть шанс, что во сне ко мне снова придет Алекс. Такой Алекс, каким он открылся мне за несколько последних встреч, и особенно вчера – заботливый, дружелюбный и бесконечно мужественный.
Когда я просыпаюсь снова, солнце бесстыдно заглядывает в окно, а с улицы доносится шум машин. В нашем закрытом коттеджном комплексе это означает лишь одно – время перевалило за полдень.
