— Вы извините, — слезает хозяйка с крыши, — я давно хочу с грамотным человеком встретиться.
Мне стало интересно.
— Вы знаете, кто такой Сердич? Слышали?
Я извинился и сказал, что никогда не слышал эту фамилию.
— Я жена Сердича, — объясняет мне хозяйка. — Он тут в гражданскую воевал.
— Я об Олеко Дундиче читал. О Сердиче — не знаю.
— А о Жукове вы, конечно, знаете?
— О Жукове, конечно! Кто же не знает о Жукове?
— А вы знаете, что Сердич был командиром, а Жуков — его подчиненным?
Поняв, что разговор мне интересен, хозяйка предложила сесть.
— В 37-м мужа вызвали по телефону в Москву. Он срочно уехал. Больше я его не видела. Его арестовали.
— А вас?
Хозяйка махнула рукой. Продолжила:
— Жуков был молодой тогда, но лихой парень. За девками да бабами бегал!.. И ко мне приставал. Но я ему тогда говорила: «Не смей, Гришка, а то мужу скажу».
— Гришка? Почему Гришка? Он же Георгий, Георгий Константинович.
— Для вас — так. А я его Гришкой называла. Он мужа моего боялся, но очень уважал. Папаху ему подарил…
И я услышал длинный, сбивчивый рассказ о комдиве, потом комкоре Сердиче (тоже, как и Дундич, он был из сербских пленных, перешедших после революции на сторону Красной Армии). А потом — о том, как он служил в 20—30-е годы.
— Я и у Сталина на квартире была, и у Ворошилова. А вот грамоту и не успела выучить. Теперь мне грамотный нужен, чтобы написал куда следует. Сейчас честным людям, невинно пострадавшим, память возвращают.
Я написал три письма: Ворошилову (в то время Председателю Президиума Верховного Совета СССР), Волкову (председателю Верховного суда) и министру обороны СССР, Маршалу Советского Союза Жукову.
Из поселка Восточно-Горняцского (где все это было) я скоро уехал. И вновь оказался там через год. Решил проведать свою знакомую. Спрашиваю у соседей.
— Ее давно уже здесь нет, — рассказали мне они. — Получила из Москвы какие-то важные бумаги и уехала, теперь в Москве живет.
Вскоре в «Комсомольской правде» я прочитал корреспонденцию Тимура Гайдара о том, как в Югославию на родину героя гражданской войны Сердича приезжала его вдова, как тепло принимали ее там. А еще позже имя Сердича я встретил на страницах книги Г. К. Жукова «Воспоминания и размышления».
Если бы не я, письмо в Москву написал бы и другой «грамотный». И все же мне приятно, что этим «грамотным» был я.
Имя командарма Великанова ныне малоизвестно. Почти забыто с той давней поры, когда июльской ночью его вывели в глухой тюремный подвал…
Его обвиняли в том, что он являлся германским агентом и занимался шпионской деятельностью, выдавая врагу секретные сведения о воинских частях Северо-Кавказского, Московского, Среднеазиатского и Забайкальского военных округов, где он занимал высокие командные посты. Оправдать себя не представляло возможным. Шитое белыми нитками «дело» было сработано умело. И даже прекрасные служебные характеристики не принимались в расчет. А они говорили о многом.
Вот одна из аттестаций: «Тов. Великанов М. Д. — прекрасный боевой командир. Любит военное дело, работает над своим общим и военным развитием. Много читает серьезные военные труды. Изучает немецкий и французский языки…»
Михаил Дмитриевич родился в небольшом селе Рязанской губернии. После окончания военного училища работал в родном селе земским учителем. Призванный в армию, он был направлен в школу прапорщиков, а по окончании ее участвовал в сражениях первой мировой войны.
Во время гражданской войны командовал ротой, батальоном, полком. На всех командных должностях он показал себя умелым организатором и волевым командиром.
Вскоре Великанов был назначен командиром бригады в знаменитую 24-ю железную дивизию. Позже о Михаиле Дмитриевиче писали: «Он был смелым и неустрашимым в бою, всегда лично находился в передовых цепях с частями, невзирая на явную опасность для жизни, своим беспримерным героизмом увлекал красноармейцев в бой и одерживал над противником блестящие победы».
В феврале 1920 Великанов командовал ударной пехотной группой в составе 1-й Конной Армии. За бои в ходе Тихорецкой операции 1920 года он был награжден орденом Красного Знамени.
Затем, командуя Эриванско-Дилижанской группой войск, помогал армянскому народу в их освободительной борьбе против турецкой оккупации. Участвовал в освобождении Тифлиса от врагов.
После окончания гражданской войны Великанов окончил Высшие военно-академические курсы командного состава РККА. Был командиром стрелкового корпуса. С 1923 года он — помощник командующего войсками военного округа, инспектор пехоты РККА. С 1933 года — командующий войсками Среднеазиатского, а с июня 1937 года — Забайкальского военных округов. Имел звание командарма 2-го ранга, награжден тремя орденами Красного Знамени.
М. К. Левандовский — выпускник Владимирского военного училища, которое закончил в 1912 году. С началом первой мировой войны на фронте, дослужился до звания штабс-капитана.
